Алиса, узнав, что самая строгая преподавательница педагогического института согласилась ей зачет автоматом поставить, от счастья так взвизгнула, что у меня уши заложило. У меня аж слезы из глаз выступили. Нельзя же так жестоко! Я ей так и сказал, и был в ответ зацелован в качестве мольбы о прощении. Простил, конечно, не могу на нее долго сердиться.
В среду отвез жену на самолет. Номер в гостинице я для нее снял, если что, то она может обращаться к Миронову, он мне сам предложил. Ну, и в гости ее ждут. В Москве она пробудет с 17-го до 20-го. Рано утром в воскресенье 21-го полетит домой. Билеты я взял заранее. Как раз вечером будет у нас, а в понедельник сможет идти в институт. Попросил Миронова и Захарова о контрамарках, Алиса у меня завзятая театралка, ей должно понравиться.
Жаль, конечно, что сам не полетел, как-то не по себе жену одну отпускать, но дел накопилось. Нужно сдать оставшийся зачет, потом самому принять зачеты по компьютерным курсам и еще редактор газеты срочно попросил подготовить две новые статьи. И нельзя забывать про агитбригаду. Ребята активно подготавливают новогодний концерт, с учетом того, что я автор изрядной половины номеров, да еще и меня в концерте все-таки задействовали, то еще на одну неделю уехать никак не получается.
Зато решил сделать жене сюрприз, нарисовал эскиз приглашения на свадьбу и заказал печать открыток в нашей типографии. С одной стороны рисунок, с другой текст, останется только имена получателей дописать вручную, и можно будет хоть рассылать по почте, хоть лично вручать. Думаю, Алисе понравится. Жалко только, что не могу пригласить всех, кого хочу. Например, того же Стаффа, дядюшку Фому и Майкла не получится. Несмотря на то, что в прошлом году для Майкла сделали исключение, но вообще Магадан — один из городов, закрытых для посещения иностранцами [1] . Погранзона, как-никак.
Зашел к старому маклеру, вооружившись на всякий случай акцией Ленских золотых приисков из запаса, содержащегося в моем письменном столе.
Акция ленских приисков, что характерно — полностью на английском языке
— Саша? — удивился Соломон Моисеевич, увидев меня на пороге своей квартиры, — Что вас привело опять в дом старого бедного еврея?
Вот сразу понятно, что именно еврея, ни одна другая нация не имеет привычки настолько прибедняться при любом случае.
— Ну, насчет бедного я бы не гневил Бога, — тонко улыбнулся я в ответ.
— Хорошо, состоятельного бедного еврея, так пойдет? И все же, что на этот раз привело вас ко мне?
— Во-первых, я бы хотел показать вам одну вещь, — я протянул акцию, вложенную в плотный конверт.