Гаврил Леонов искренне хотел объяснить принцип работы своей способности. Он сделал это больше из интереса, нежели из садистской натуры, которая требовала издевательства над противником.
«Какая жалость», — покачал головой Золотой Лев. — «А Вик бы заценил, как я сложнейшими манипуляциями устраиваю такие неловкие моменты…»
Необязательный взмах меча — и уклонившийся от удара противник падает, пронзённый прямо в сердце. Он всё ещё жив, но продолжать бой уже не сможет.
Золотой Лев поверг сегодня тысячи врагов, но вот ирония — никого из них не убил. Его заинтересовала одна из вероятностей, где никого не убивал.
Вскоре к поверженным присоединились другие. А за ними и третьи. Гаврил Леонов так никого и не убил, хотя легко мог бы это сделать. Нет, вместо этого он махал мечом, побеждал противников милосердно и дурачился как мог.
Продолжалось это до тех пор, пока наконец не явилась та, кого он так долго ждал.
— Вторженец… — грубый и немного хриплый, но от этого не менее прекрасный женский голос был переполнен злостью. — Ты вторгся в Бездну и столько дел наворотил. Есть что сказать перед своей смертью?
Лицо Гаврилы стало холодным.
— Справедливости ради, Госпожа Рыцарь, я никого не убил. Ведь я сюда не кровь проливать пришёл…
— Ты ранил стольких моих подчинённых и смеешь говорить такое? — подняла она голос. — Какая дерзость!
— Но я правду говорю, — пожал он плечами. — Вы первые начали… — глаза Гаврила засияли голубым. — Вторглись в наш мир, убили многих и забрали мою подругу! — поднял он голос. — Мёртвых не вернуть, и месть будет порождать лишь месть. Но неужели мы даже своего товарища не имеем права вернуть? — зло спросил он.
От таких слов женщина ещё больше нахмурилась.
— Я принимаю твою причину, — вздохнула она. — Но не могу позволить тебе и дальше бесчинствовать, — с этими словами она махнула рукой и призвала комплект доспехов и длинный кнут. — Моё имя Нана Крин, назовись, мститель, — произнесла она, прежде чем начать бой.
— Гаврил Леонов. Защитник Земли и тот, кто обязательно спасёт Исихару Нами!
Схватив свой огромный меч двумя руками, Гаврил ринулся вперёд.
Взмах, удар, ещё один.
Всё, что происходило дальше, можно назвать только одним словом — театр.
Золотой Лев не был манипулятивным человеком. В отличие от Виктора Громова, который, несмотря на свой прямой и понятный характер, создавал многоступенчатые стратегии с грандиозным финалом, Гаврил Леонов предпочитал тишину и скорость в решении своих проблем.
Но это не значит, что у него не было второй, тёмной стороны. Будучи тем, кто своей способностью может управлять всем и каждым, он любил делать это же, но без способности. С чем это было связано? Кто знает, может, он хотел доказать, что не одними навыками из себя что-то представляет?