Я зашагал в её сторону. Или вернее в сторону портала.
Возможно я единственный, кто сейчас может понять ее чувства.
Не уверен, заговорил бы я с ней, не будь она прямо перед проходом в мой дом. Но сейчас я просто не мог пройти мимо неё, никак себя не выдав. Хотя бы потому, что она первой заметила моё приближение.
Она повернула голову в мою сторону, и я понял, что просто не могу пройти мимо.
Она плакала. Не издавала ни звука. Но плакала. Из её глаз текли слёзы, а лицо было таким, что даже меня проняло.
Есть очень много вещей, которые я ненавижу. И женские слёзы в этом списке занимают далеко не последнее место.
— Она была тебе как сестра, — не спрашивал, констатировал я. — У тебя был кто-то ещё? Родители? Семья? Любимый? Или хотя бы друзья?
Может, мне и не стоило лезть. Она ведь Герой! Не маленькая девочка, которую нужно защищать. Воин, который отправлял тысячи людей на смерть.
И всё же, сейчас передо мной она выглядела именно как маленькая девочка. Да и я не обычный школьник — тоже какой-никакой жизненный опыт есть.
О том, что я спросил это, я пожалел уже через секунду. Услышав мой голос, она почему-то громко зарыдала, с какого-то перепугу бросившись на меня. Если бы я своевременно не убрал Покров, плакалась бы она не в мягкий свитер, а в очень твёрдую Драконью Чешую.
С одной стороны, её такое состояние действительно меня печалило. С другой же — я понимал, что ей лучше сейчас поплакаться.
— У тебя никого больше не было, — вздохнул я, уже представляя себе, кто такая Герой Эмили.
Она снова не ответила, продолжая плакать.
Успокоилась она только через три минуты. И всё равно меня не отпустила, вцепившись в мою одежду.
Я бы, может, и не прочь так стоять хоть целый день, но у меня осталось меньше пяти минут до закрытия портала.
— Что мне делать? — тихим, почти неслышным голосом, в котором было столько надежды и отчаяния одновременно, спросила она меня.
Я не ответил сразу, а задумался.
— Когда-то давно я тоже потерял всё, — вздохнул я, вспоминая своё детство. — Тогда я бросил все останки, что у меня были, и начал всё сначала. В другом месте, среди других людей. С тех пор прошло много времени — гораздо больше, чем тогда мне было лет. И до сих пор я ни разу не пожалел об этом.
Не уверен, подходит ли сюда пример меня четырёхлетнего. Она уже не ребёнок, да и проблемы у неё не такие, как у меня тогда. Но если бы я вернулся в прошлое, то без сомнения совершил бы тот же выбор даже с нынешним сознанием.
Ну а если поставить себя на её место… Она не хочет ни мести, ни чего-либо ещё. Она просто сломлена. Она не знает, что делать. Не знает, как быть.