Я внимательнее присмотрелся к противнику и припомнил фотографии старших Денисовых в новостных сводках. Та парочка завсегдатаев кабаре и клубов была явно постарше и уже точно закончила обучение. Значит, этот… средний?
— Сколько ж вас расплодилось? — проворчал я и закатал рукава куртки. — Ты хоть который из Денисовых?
— Виктор, — оскалился студент. Судя по шеврону с римской цифрой III, этот оказался третьекурсником. Уже серьезно. Не новичок. — Я третий по старшинству. Костя — четвертый. А младших обижать нехорошо, ваше сиятельство.
— Младшим не мешало бы сперва выучить манеры, — огрызнулся я.
— Да и у вас, Михаил Николаевич, тоже явные пробелы в воспитании. Ничего, сейчас мы это исправим. После публичной порки вы точно осознаете свое место.
Я широко улыбнулся.
— Рискни здоровьем, Витя. Давай. У меня сегодня как раз дурное настроение.
Прозвучал первый короткий свисток и крик девушки:
— Тридцать секунд на подготовку!
Не теряя времени, я окутал себя плотной пеленой «Берегини», повесил «Шлем» и сконцентрировал силу в левой ладони, чтобы выставить «Покров» в случае атаки противника. В правую ладонь собрал боевую мощь, способную за секунду превратиться в «Колобок» или «Косу».
Денисов тоже не тратил время попусту. Доведенными до автоматизма движениями он активировал все защиты и встал красной линией барьера, пружиня на чуть согнутых ногах, словно готовился к прыжку.
Второй свисток.
— Противники, готоооооовсь! — прозвенел голос девушки-распорядительницы.
Третий.
— Время пошло! В бой!
Денисов моментально поднял силовой барьер — высотой пару метров и шириной примерно полтора — создал себе укрытие, чтобы отстреливаться исподтишка, зараза такая. Пока он выращивал «Покров», я прыжком сместился в сторону, ушел в кувырок и оказался в тылу противника.
Виктор огляделся, заметил меня и попытался поднять еще один барьер — с противоположной стороны.
Но не успел. Я отправил «Колобок» прямиком ему в руки, чтобы сбить создание заклинания. Шарик оказался небольшим и должен был стать скорее отвлекающим маневром. Получилось. «Колобок» влетел прямиком ему в ладони и ярко вспыхнул. Денисов чертыхнулся, встряхнул руками — охваченные рубиновым сиянием его «Берегини», они не пострадали.
И вместо того, чтобы снова попытаться возвести «Покров», он на этот раз зарядил в меня «Жар-птицей» — огненной кометой пятого ранга с алым хвостом. Так себе выбор — пиромантские заклинания не отличались высокой точностью. Огненный вихрь метнулся в мою сторону с шипением — мокрый снег шкварчал, попадая на раскаленную поверхность заклинания. Я увернулся, но в тот момент, когда «Жар-птица» оказалась на одной со мной линии, вихрь взорвался тысячей алых искр.