В 45 я влюбилась опять — Ольга Тимофеева

Жестикулирует одной рукой, второй ведет машину.

— Полез его спасать, балки обвалились. С ребенка маска слетела, так он ему, чтоб не искать свою.

У меня морозец по коже от этих подробностей.

— А вы там може были?

— Конечно, друг друга страховали. Но меня не задело. Повезло. В нашем деле вообще везение — это очень много.

— А с ребенком все в порядке?

— Да. Он еще и черепаху успел из аквариума вытянуть и в кармане сквозь огонь пронести, представляете?

— И моего кота спас.

— Да, это про него. Черепахи, кролики, коты, собаки — он о них, как о людях, всех, кого видит и может спасти, всех спасает.

Я киваю, улыбаясь вместе с Алексеем. И мне нравится слушать от него про Ваню.

— А как вы познакомились?

Почему-то кажется, что это не менее веселая история.

— Да я только перевелся в эту часть. Опыт уже был. К Борзову попал в смену. Бесил он меня тогда, что выпячивается и учит всему, как мальчишку. А он же как.… ну, вы видели наверное. Когда включает этот непробиваемый режим, да-нет, ничего ему не докажешь.

Я тихо смеюсь. Алексей как всегда находит нужные слова, чтобы не только описать его поступки, но и создать из этого образ. Как и наша первая встреча с Ваней.

— Но он вообще не такой, это я уже потом понял. Вообще, он крутой мужик, но не со всеми. Может быть той еще занозой.

На Ваню теперь глазами другого человека смотрю.

— Короче, был у нас один выезд — дом горел на окраине, и там пожилой мужчина оказался заперт в дальней комнате, которую жутко дымом заволокло. По сути, там уже сильно провалилась часть потолка, и заходить внутрь, по всем правилам, считалось самоубийством. Но у меня горло запершило от одной мысли, что надо оставить там человека. И я, не предупредив начальника, рванул туда, рассчитывая на свою “фортуна любит смелых”.

Задерживаю дыхание.

— В результате — вспышка, дым пошел клубами, выход потерял. Потом еще один обвал. Мне ногу придавило. Иван за мной шел, меня вытянул. Вопрос был: на улицу идти или мужика спасать. Доли секунды. Не сговариваясь практически, туда ринулись.

Замолкает, переваривая это все снова.

— Тот уже без движения лежал. Но бросить сгореть не могли. Вынесли.

Сворачиваем в район больницы наконец.

— Мужика не спасли тогда. Он уже задохнулся, пока мы добрались до него. Не всегда получается спасти всех, но тот случай как-то перевернул все. Оказалось, у нас схожие взгляды и мы без слов друг друга понимаем.

У него такой друг, что позавидовать только можно такой дружбе.

— С тех пор у нас с ним никаких “терок” не бывало. Я сразу понял, что если есть в этой жизни кто-то, кто не бросит тебя в пекле, то это Иван. А все остальное — мелочи. Вы уж за ним поухаживайте, Марья, а то он все один, одичал совсем, — усмехается мне.