Теперь Джилли изо всех сил встряхивает коврик, неизвестно из чего сплетённый. Пыль и мелкий мусор разлетаются во все стороны, я громко чихаю.
— Джилли, аккуратней!
— Прости, я случайно… Сколько же тут всякого барахла! До сих пор у этих распрекрасных сестер руки не доходили… А ещё считаются такими чистюлями… Арнэлия, дорогая, а ты бывала в королевском дворце?
— Конечно, бывала. Много раз.
— А у тебя самой тоже был дворец? Хотя бы маленький?
— У меня был замок. Если когда-нибудь выберемся отсюда, я тебе его покажу.
— Ух ты! Вот бы в самом деле выбраться… Я бы тогда развлекалась в столице на полную катушку!
Джилли вполне милая девушка, и я очень рада, что у меня на новом месте появилась приятельница. Правда, иногда ее непосредственность слегка удивляет. Такое впечатление, что она навсегда осталась юной простушкой, почти что подростком, и ничуть не изменилась за прошедшие годы. Собственно говоря, Джилли уже вполне взрослая женщина, ей за тридцать. А жизнь для нее буквально остановилась. И все же… довольно странно… я почему-то не чувствую себя на ее фоне такой уж взрослой, серьезной и сдержанной. Наоборот, когда самое худшее уже случилось, и терять мне нечего, пришло ощущение легкости и беззаботности. И даже появилось желание как следует поозорничать напоследок. Ах, будь что будет! Это мгновение наполнено солнечным светом, пылью и беззаботной болтовней. А что будет дальше, никому не ведомо.
— Арнэлия, сколько горничных у тебя было?
Она все никак не угомонится, но я и не успеваю ответить. Потому что солнечный свет, который льется в сарай снаружи, вдруг кто-то перекрывает. В дверях появляется темная сгорбленная фигура. Госпожа Наставница лично явилась проследить, справляемся ли мы с ответственным поручением. Надо же, какая честь для двух непутевых грешниц.
— Похоже, вы здесь не скучаете?
Она окидывает взглядом захламленное пространство. В принципе, с утра здесь не так уж много изменилось и улучшилось. Мы больше смеялись и обсуждали все на свете, чем выгребали многолетнюю грязь. Я сижу на куче старых тюфяков, свесив ноги. Джилли уже закинула коврик в угол и устроилась в дряхлом плетеном кресле, от которого осталось… почти ничего не осталось, кроме сиденья да трех ножек. Ну, и что она нам сделает, эта госпожа Настоятельница? Прочитает нотацию или посадит в карцер? Дальше уж точно не сошлет, Обитель — это самый край…
— Госпожа Наставница, — обращаюсь к ней я. — А вам не кажется, что использовать меня на бессмысленной грязной работе — это не слишком разумно? Я здесь уже третий день и только и занимаюсь всякой ерундой. Это занятие для какой-нибудь поломойки. А ведь вам известно, что я довольно искусная мастерица. Обитель продает рукоделия в ближайшем городке. Вы же сами сказали. Вам гораздо выгодней поручить мне более подходящую работу. И я могла бы обучить Джилли…