— Ничего страшного, — стойко ответил мечник, не смотря на радостно лупящего по его плечу Луффи. — Ещё день-два — и все бинты можно будет снять.
— З-зоро… З-зоро-сан… Ророноа-сан… Не мог бы ты… Не могли бы вы… Не могли бы вы мне, пожалуйста, немного помочь?
Чуть в стороне, словно осиновый лист на ветру дрожал Галдино, над которым нависла огромная бугрящаяся мышцами фигура. Разница в пропорциях и росте двух людей была до такой степени большой, что издалека вполне могло показаться, будто взрослый мужик запугивает щуплого подростка.
— Давно не виделись, Мистер Три! — немного срывающимся голосом «поздоровался» Йосаку.
Он стоял настолько близко к бывшему агенту, что его нос почти касался щеки мужчины. Галдино испуганно вжимал голову в плечи, отклонялся назад всем телом и пытался смотреть в сторону, но даже так он всё равно не мог избежать взгляда налитых кровью глаз парня.
— О, так ты и есть Мистер Три! — нарисовался сбоку подозрительно радостный Джонни. — Капец, ты выглядишь таким маленьким и слабым! И как только Йосаку тебе проиграл? Похоже, тебе пришлось сильно постараться, чтобы его нагнуть, да? Моё почтение! Ты его не просто унизил, а прямо-таки бросил на землю и растоптал! Отодрал его гордость во все щели! Просто сделал своей мелкой сучкой! Единственное, о чём я сожалею, что о твоей победе я узнал только после того, как уже всё закончилось, а не увидел лично, — печально вздохнул Джонни, ничуть не сфальшивив.
Чем дольше говорил парень, тем страшнее становилась внешность Йосаку — его налитые кровью глаза начали расширяться, кулаки и зубы сжиматься, на лбу, висках, шее и руках проступили отчётливо пульсирующие вены, а всё его тело стало слегка подрагивать от едва сдерживаемой ярости. В свою очередь, чем страшнее выглядел Йосаку, тем бледнее становился Галдино и тем сильнее он дрожал. У него моментально пересохло во рту, а из его тела словно вынули половину костей разом, из-за чего он с трудом продолжал оставаться на ногах. Он бы и рад был упасть спиной в сугроб, но просто боялся, что в таком случае сразу будет разорван в клочья.
— Ох, даже не могу представить, насколько бы сильно я сейчас злился, если бы тоже проиграл настолько слабому противнику, — едва ли не с придыханием произнёс Джонни. — Это же такой позор. Это же такой позор. Такой позор. Просто несмываемый позор, — не поленился он повторить четыре раза. — Ничего хуже, наверное, и быть не может. После такого должно быть стыдно людям на глаза показываться. Я бы вот точно никому в глаза смотреть не смог.
Момент, когда у Йосаку лопнуло терпение, можно было практически услышать в реальности, после чего последовала мгновенная атака.