Не знаю, как бы ответил, раньше. До Ланы. До того, как сам убеждал дарованную мне Богиней женщину, что она не виновата в смерти своей предшественницы и не несёт ответственности за действия убийц. Мою покойную жену мне искренне жаль, я чувствую вину, что не защитил, потребность наказать виновных. Но на этом всё.
Моя ведьмочка мне гораздо ближе и дороже, как бы цинично это не звучало. За столь короткий период она стала нужна мне. Пробралась под кожу, укоренилась в сердце. Оплела своими чарами, своим теплом, своей лаской, нежностью, страстью, искренностью… Не уверен, что смогу теперь без этого обходиться. Точнее, почти уверен, что не смогу.
Она и сейчас стоит рядом и в немой поддержке сжимает мою ладонь, заставляя… любить её ещё сильнее. Впервые в жизни… любить свою женщину и чувствовать, что эта женщина любит меня. Так словно мы всегда были вместе, и всегда будем. Даже осознание того, что я испытываю к ней было таким же естественным, как само чувство. Словно по другому с ней и быть не могло.
Но к той, что заняла место моей сестры, мне сложно относиться столь же непредвзято. Хоть я и понимаю, что несправедлив. Поэтому привычным усилием воли смиряю свои чувства.
– Вам не за что извиняться, – смотрю на неё. – Ваши действия были оправданы и целесообразны. На месте вашего супруга я бы точно так же охранял вашу тайну. Собственно, я уже так делаю в точно такой же ситуации.
Заставляю себя внимательно изучить это лицо, прочувствовать её эмоции. Принять тот факт, что Тэрэсы уже давно нет. У Анэллии и мимика другая и взгляд. Но главное – у неё душа другая. Моя сестра, искалеченная внутренне и сломленная тираном отцом, никогда не была настолько цельной, светлой… доброй и сострадательной. Настолько искренней. И никогда бы не смогла такой стать, как бы матери ни хотелось думать иначе. Выбор Богини мне понятен.
– Если бы не клятвы… Вы считаете нужно сказать вашей матери? – с волнением и сочувствием хмурит тонкие брови Нэлли. Так к ней обращаются супруг и сын, мой родной племянник Тайрэн. Достойный мужчина из него вырос.
Мама… Не уверен, что она сможет пережить такой удар. Уже то, что дочь в одночасье перестала с ней общаться, сильно ранило её. А если узнает… Нужно ли это? Иногда правду лучше не знать. И милосердней не говорить.
– Пока что точно нет. Отец имеет на неё слишком большое влияние. Я подумаю о том, как лучше поступить. Но позже, когда всё решится.
Анэллия понимающе кивает.
Больше нам и нечего сказать друг другу. К ней уже идёт Яргард. А мы с Анной всё-таки уходим. Время близится к рассвету. Пора вернуть свою ведьмочку в безопасность Анжерона, а самому заняться делами.