Сейчас Тереза открывает дверь и входит в комнату, держа в руках огромные пакеты от известного бренда.
Я молчу, поскольку знаю, что она сама сейчас все расскажет. Она наклоняется и ставит пакеты на пол рядом с прикроватной тумбочкой.
— Алиса Аслановна, это Эльдар Мурадович просил вам передать. — сообщает Тереза приятным, мягким голосом. А для меня слово «просил» рядом с именем Эльдара звучит сюрреалистично.
Эльдар приказывает, угрожает, манипулирует, ставит перед фактом, но точно никогда не просит.
— Тереза, а что это, вы не знаете?
— Я краем уха слышала, что они говорили про какой-то вечер. Видимо, планируется какое-то мероприятие, и вас тоже пригласят…
— Надо подумать, — артистично подношу палец к подбородку, — возможно, я откажусь принимать такую великую щедрость. — И мы обе прыскаем со смеху. Тереза прикрывает рот ладошкой, мол, нельзя нам смеяться.
Примерно месяц назад меня привезли в этот дом. Баграт Маратович, отец моего погибшего мужа, сам приехал в тот лечебный центр и, увидев, в каком состоянии я нахожусь, пришел в шок и негодование.
Не знаю, как прежде объяснял ему мое отсутствие Эльдар, но было заметно, что свекор не так представлял себе мое лечение.
В этот же день он приказал своему водителю перевезти меня в их дом. Я слышала, как кричал Эльдар, очевидно, что мой переезд не входил в его планы.
Тем не менее приказ свекра был выполнен, и я оказалась в особняке Гасановых. За месяц проживания здесь я общалась только с Терезой и практически не выходила из комнаты. Меня сразу же перестали пичкать этими ужасными препаратами, и я потихоньку начала есть. Сначала Тереза кормила меня супчиками и пюрешками, как из детского питания. Впрочем, и съеденные мною порции поначалу были тоже такими. Но с каждым днем становилось все легче, и я набиралась сил. За месяц я стала выглядеть лучше.
Сейчас, глядя на себя в зеркало, уже не ужасаюсь, как при виде скелета, обтянутого кожей. Да, я все еще сильно худая, но уже не такая страшная, и лицо будто немного округлилось, скрыв заостренные скулы.
Практически каждый вечер закончив свои дела по дому, Тереза приходит ко мне. Она помогает мне переодеваться, расчесывает волосы и даже втирает масло в сухую обезвоженную кожу.
За месяц эта женщина подарила мне столько заботы, сколько я не получала от мамы.
Дочь Терезы умерла в юном возрасте, она с рождения мучилась от страшного заболевания и только благодаря огромной любви и материнской заботе дожила до своих лет.
Муж бросил Терезу сразу после рождения их особенной дочки, и женщина вязала всю заботу о девочке на себя.