– Нас с тобой? – переспрашиваю с неприкрытым сомнением в голосе. Брови грозят утонуть в шевелюре от удивления. – А мне ехать прямо так? – развожу руки в стороны, демонстрируя черный кружевной бюстгальтер и отсутствие какой-либо ещё одежды поверх него.
Слышу незамедлительный скрип зубов, последовавший после демонстрации. Пара секунд глаза в глаза, и он принимается остервенело расстегивать рубашку.
Сердце испуганной пташкой замирает в груди, потому что первой мыслью проносится в голове: «он всё же завершит начатое». А после таких откровений, обнаживших душу, я вряд ли смогу…
Но я не успеваю ничего додумать, потому что мужчина набрасывает свою рубашку на мои плечи и меня окутывает хвойно-древесным запахом. Спокойствием. Умиротворением. Чувством, будто я уже дома.
Денис удивляет ещё больше, когда медленными, осторожными движениями, его ловкие пальцы начинают застёгивать пуговицы снизу вверх. Взгляд его потемневших глаз направлен на меня. Цепко держит в плену. Он тяжёлый. Осязаемый.
Настаивающий: «подчинись мне». Уговаривающий: «не сопротивляйся».
Его руки доходят до уровня бюстгальтера и дыхание тяжелеет. Его и моё одновременно. Грудь наливается, становясь упругой. Соски встают под этим взглядом, посылая волну мурашек вдоль тела. Прямиком вниз живота.
Этот мужчина… Он сводит меня с ума. Почему я реагирую на него так? Он выглядит опасным, но в то же время… Почему я чувствую странную нежность? Словно… Словно он как и я пытается сопротивляться самому себе. Боится обнажиться. Показать настоящего себя.
Хочу взять под контроль своё тело, но не получается. Меня будто тянет к нему магнитом. Внезапная догадка, открытие, подкупает. Что я потеряю, если просто проверю? Одним глазком взгляну на то, что обещает его взгляд?
Его пальцы застывают, словно почуяв что-то. Останавливаются. Не сводя с меня пристального, темного, как ночь, взгляда мужчина робко касается подушечками пальцев обнаженной кожи над грудью.
Прикосновение прошибает током. И я не сдерживаю стон удовольствия. Внутри меня всё трепещет. Хочется прильнуть к его горячей ладони, но я сдерживаю себя.
Что со мной происходит? Почему я так сильно реагирую на обычное прикосновение? Денис опоил меня чем-то?
По спине ползут мурашки, когда ладони мужчины проникают под рубашку, отодвигая ворот в сторону. Скользят к ключицам. Вверх по шее. Обхватывают моё лицо. Ставровски останавливается, оставаясь таким же напряженным. Готовым в любой момент прекратить, стоит мне сказать лишь слово.
Не имею ни малейшего понятия, откуда у меня эта уверенность, но я точно знаю, что так оно и будет.