Денис одет в смешной синий свитер с рождественским оленем и снежинками и простого кроя брюки. Непривычно видеть его в чём-то, кроме строгого костюма, но именно эта одежда создаёт ту самую домашнюю атмосферу уюта.
Мужчина подходит ко мне со спины и кладёт руки на талию. Целует в шею.
– Тогда давай я тебе помогу.
– Знаю я твою помощь, – хихикаю, подставляя шею под нежные поцелуи. – Мы так до самого боя курантов ничего не приготовим, и будем сидеть голодными.
– Я ни за что не позволю своей женщине голодать. – отрывается от увлекательного действа и ласково чмокает меня в щеку, заключая в теплые и уютные объятия.
Дэн вымаливал прощение чуть ли не каждый час. И последние пару дней были очень насыщенными – из постели мы вылезали очень редко. И то по большой нужде. Или чтобы проведать Станислава Константиновича. По вердикту врачей он всё ещё был стабилен. Прогнозов они тоже никаких не давали. Боялись обнадёжить. Но Дэн проявлял чудеса оптимизма, и верил, что его отец справится. Подолгу разговаривал с ним в палате. И только после мы уезжали ко мне домой.
Почему ко мне? Потому что никто не мог его тут найти. Кроме Леонида, конечно, который знал адрес Татьяны Соловьёвой. И, как меня заверил сам Денис, если он срочно понадобится, то Лео обязательно сообщит ему об этом.
Все свои «семейные» дела Ставровски отложил на потом. После того, как отметим новый год. И, видимо, поэтому с такой жадностью относился ко времени, которое мы проводим вместе. Он не упускал ни минуты, чтобы побыть рядом.
И вот снова всё грозит закончиться постелью, ласками и безграничным удовольствием.
– Дэ-эн! – улыбаюсь. – Я серьёзно. Больше всего на свете я мечтала отметить новый год дома. По-семейному. Вот так вот, вдвоём. Приготовить новогодний ужин своими руками. Посмотреть выступление президента по телевизору. Зачежь бенгальские огни, а потом выйти на улицу и выпустить в небо парочку салютов.
Разворачиваюсь в его объятиях и целую мужчину в кончик носа. Обвиваю руками шею, притягивая к себе ближе.
– Как мало тебе нужно для счастья. – выдыхает Дэн мне в губы. – С моими деньгами и связями ты могла попросить хоть звезду с неба. А просишь такие сущие мелочи.
– Для меня это не мелочи. – поднимаю взгляд и тону в расплавленном золоте его глаз.
– Да, прости, я забыл. – тихо шепчет Денис и запечатляет на моих губах нежный, томительно сладкий поцелуй. – Можно спросить? – отрывается от моих губ и ласково трётся носом о мой нос.
– Конечно.
– Этот вопрос мучает меня на протяжении нескольких дней.
– Что же не даёт тебе покоя?
Мысли текут вяло. Соображать не хочется. Мне хорошо.