Я с силой зажмуриваю глаза и сглатываю. На меня словно бетонную плиту положили, – так тяжело внутри. Невыносимо. Хочется завыть в голос.
И я не выдерживаю. Срываюсь с места и несусь в ванную. Открываю кран и плещу себе в лицо холодную воду, чтобы привести себя в чувство. Взять в руки.
Таня, ты же всё это пережила… Знала… Три недели прошло…
Так я успокаиваю себя, ощущая, как спину гладит маленькая ладошка Алина.
– Если хочешь, мы прекратим смотреть, – я вижу её отражение в зеркале. Она сама на грани, чуть не плачет, глядя на меня. В глазах подруги стоят слёзы.
– Нет, – упрямо трясу головой. – Я должна досмотреть. Должна. Высеку происходящее в памяти навсегда. Пусть это станет шрамом. Ожогом. Чем угодно! Лишь бы напоминало о том, чего не следует делать в этой жизни! – мой яростный шепот практически срывается на крик, но я до крови закусываю губу, заставляя себя замолчать.
– Тань, но ведь не все такие, как он…
– Нет, Алин, – я с горькой иронией смотрю на своё отражение в зеркале. – Это моя суровая реальность. И в ней не бывает иначе. Ты – скорее исключение, чем правило. И я счастлива, что жизнь подарила мне тебя. Сестру, которой у меня никогда не было.
Она обнимает меня. Мы около минуты стоим в полной тишине. Скорбной. Давящей. А потом я иду обратно в зал, где меня ждёт личный круг ада. На этот раз Алина не садится рядом, а встаёт позади, прикусив ноготь на указательном пальце.
И я могу её понять. Смотреть подобного рода «порнушку» – зрелище не из приятных. Как бы она не хорохорилась, внутри Лина всё та же девчушка, не испорченная всем тем, чем испорчена я.
Поэтому я нажимаю на «плэй». И смотрю сама, до боли спиваясь ногтями в ладонь.
Развлечение продолжается. Алан, как конченный вуайрест продолжает просто наблюдать за происходящим, никак не вмешиваясь. Денис отрывает блондинку от члена, раздвигает ноги Регине и начинает её трахать. Рывками, безжалостно. Наматывая её волосы на кулак, и запрокидывая голову девушки назад. Он впивается губам в шею брюнетки, оставляя на ней засосы.
Так вот чего он хотел на самом деле… Все эти наши занятия любовью никогда на самом деле не удовлетворяли его…
Я тупо пялюсь на то, как происходит тройничок, во время которого девушки целуются и по очереди меняются, с удовольствием насаживаясь на член Ставровски. Кажется, что мне не может быть ещё больнее. Но становится. Когда он смачно целует в губы Регину.
Я уже готова захлопнуть ноут, лишь бы не видеть этого. Не видеть очередное подтверждение тому, что я всеми силами в глубине души пыталась опровергнуть. Но тут происходит кое что, что привлекает моё внимание.