— Тем более. — Трубецкой впился в меня взглядом. — Эти твари опасны.
— Это мы и без тебя знаем, — подал голос Антон. — Но, во-первых, Саша не столь беззащитна, как кажется. А во-вторых, мы с нее глаз не спускали. Случись что… Кстати, а что ты делал в клубе Ушакова? Вы же вроде как в контрах?
— Не вроде как, а в контрах, — уже почти спокойно буркнул мой тезка. — А в клуб меня отправил отец. Попросил посмотреть, действительно ли там распространяют наркоту или это пропускает служба безопасности.
— Очень интересно, — переглянувшись с Игорем, протянул Антон. — Так ты теперь…
— Подождите, — перебила я Тоху. — С этой наркотой ведь что-то не так?
— Вот ведь въедливая, — посмотрел на меня исподлобья Трубецкой. — Появилось у нас тут тайное студенческое общество под воинственным названием «Валите в свою провинцию». И вот повадились его активисты столь незамысловатым путем избавляться от своих будущих сокурсников, освобождая бюджетные места.
— Ты серьезно? — вспомнив, как «обрадовались» Лора и Стас, когда я сказала, что приехала поступать. — Так это же…
— Это не только уголовка, но и политика, — поморщился Трубецкой. — Если начнется шумиха…
От политики я была далека — не зря говорили, что все, что за московской объездной, другой мир, — но даже я понимала, сколько грязи всплывет, как только об этом станет известно.
Российскую империю в мире не любили. Уж больно мы… даже не самостоятельные — самодостаточные. Чтобы быть счастливыми, нам вполне хватало нас самих.
Для тех, кто так не умел, обидное качество.
— Тогда тебя можно поздравить! — хмыкнула я. — Тебе есть чем порадовать папочку.
— Предлагаешь поблагодарить тебя за это? Скажи спасибо…
— Да я бы без тебя прекрасно справилась! — огрызнулась я. — Хватило бы малой очищающей, чтобы нейтрализовать эту дрянь.
— Ты так уверена в этом? — не остался он в долгу. — Там про таких, как ты, тоже подумали. Не работает малая очищающая. Какой-то компонент блокирует ее.
— Тогда магема Хинстона, — тут же нашлась я. — А если бы и она…
— Так, угомонились оба! — рявкнул Антон, останавливая прения. — Саша права, тебе есть чем порадовать отца. Но если ты расскажешь о нас…
Не знаю, чем он хотел запугать младшего Трубецкого, но сделать этого не успел.
— Надо будет еще Илюху подтянуть?
— Что? — наконец-то подал голос Игорь.
— Во-первых, он рукопашник, что не помешает, — продолжил мой тезка, давая понять, что его участие в этом деле — вопрос решенный. — Ну а во-вторых, он — бабник. Пока мы будем контролировать Сашу, он будет нас прикрывать.
Говорить, что чем больше народу, тем более вероятно, что о нашей инициативе узнает кто-нибудь из взрослых, я не стала. Да, все было именно так, но судить, насколько Илья Воронцов бабник, я не могла. А вот то, что балабол, испытала на собственной шкуре. Ему только дай волю, заговорит кого угодно.