Лифт вынес его на светлую лестничную площадку, совмещенную с просторной террасой — шезлонги пустовали, ветрено сегодня. Полупрозрачный навес вздувался и опадал, беспокойно заполаскивая, словно недобранный парус.
Зато квартира встретила моряка тишиной и покоем. К стыду своему, не таким уж сдержанным и суровым он оказался…
Нет, в самом начале, когда Макс заявил, что поступает в училище, Гирин даже порадовался, но стоило «Иванычу» сообщить, в какое именно…
«Да зачем тебе в Ленинград тащиться, сына? — заюлил тогда еще капраз. — У нас же, под боком, Нахимовское!»
Но Максим Иванович был непреклонен.
«Весь в папу!» — грустно вздыхала Настя…
— Вань, ты? — донесся нежный голос с кухни.
— Я! — с готовностью отозвался контр-адмирал, быстро переодеваясь в домашнее, и как будто становясь другим — мягким, послушным женской воле.
Настёна, напевая, перемывала брякающие тарелки.
— Ух, ты… — растерялся Иван.
Жену роднил с кухней лишь маленький кокетливый передник, повязанный на длинное платье, красиво облегавшее фигуру.
— У нас праздник? — поинтересовался Гирин, живо перебирая в уме даты.
— Праздничек! — рассмеялась Настя. Закинув руки за спину, чтобы развязать передничек, она добилась того, что ткань приятно обтянула груди. — Миша звонил! Сказал, что пробил-таки финансирование!
Контр-адмирал завис.
— Ну, помнишь свою идею — снять «Час Быка»?
— А-а… — стало доходить до Ивана.
— Бэ-э! — хихикнула Настя. — Сценарий напишет Сергей Павлов — он, вроде как, ученик Ефремова, а снимать будет Викторов…
— Пэр?
— Сын! Николай Ричардович. Главное, всё, как ты хотел! Рита — воплощение Фай Родис, Инка — Чеди Даан… О-о! Мишеньке удалось даже Наташку уговорить! Да-а! Он ей: «Воплотишь образ Эвизы Танет!», а она: «Не хочу! Не буду! Не умею… Боюсь…» Уболтал, я свидетель. Мы с Маруатой как раз в Малаховке гостили, когда режиссер приезжал. Увидал нашу Вайткене — мигом нашел для нее эпизодическую роль Сю-Ан-Те… — Повесив передник на крючок, Настя мечтательно договорила: — А Оллу Дез буду играть я!
Воскресенье, 20 июля. Ближе к вечеру
Ново-Щелково, улица Колмогорова
Коттедж директора ОНЦ отстроили на старом фундаменте. Только сосны высадили новые — невысокие, под три метра, но густые и пушистые.
Дом даже выше стал — два полноценных этажа плюс обширная мансарда. До потолков и в прыжке не дотянешься — масса воздуха гуляет по комнатам. Хорошо!
Старую мебель расставили на прежние позиции, насколько позволяла иная планировка, а знаменитый диван занял почетное место в холле перед камином…
Наташа вздохнула, глядя из окна кухни на Лею. Девочка неприкаянно бродила по двору, словно ища приметы былого, но не находя.