— Готовься, Первый, — вытолкнул комбатр. — Мы засекли пятнадцать истребителей-бомбардировщиков «Торнадо». Их сопровождает эскадрилья «Тайфунов». «Торнадо», полагаю, будут прорываться, а вот «Тайфуны»… Эти будут работать по нам.
— Всегда готовы, Лёва, — пробурчал Бехоев. Выключил радик, и трубно взревел: — Боевая тревога!
Горцы забегали, нервно задергались стволы спарок. Ожила «Тунгуска», задирая 30-миллиметровые орудия.
— Ви-ижу! — заорал Глен. — Вон они! Вон!
Над мутным горизонтом сверкнули блестки — солнце, пробившись из-за туч, «подсветило» истребители. «Тайфуны» шли низко, хищно высматривая «укрепы» тех, кого «Таймс» клеймила «боевиками-сепаратистами», однако первыми ударили «Торнадо», невидимые за нависшей хмарью.
С пилонов под крыльями срывались увесистые «Мэверики», за ними опадали «Хеллфайры» — эти полегче, зато их больше.
Загрохотали пушчонки «Тунгуски» — пара «Мэвериков» лопнула в воздухе, вспухая белыми облачками, и тут же вздрогнула промерзшая земля. Боеголовки рвались с коротким ломким грохотом, разбрасывая грязный снег и комья глины.
Над рощей вознеслись плотные шлейфы дыма — зенитные ракеты, брызгая выхлопами в носовой части, стремительно уносились к целям.
Налетели «Тайфуны», пуская по снегу фонтанчики разрывов, и «Тунгуска» взревела, плюясь огнем. Маленькие, но очень злые снарядики порвали синее брюхо одному истребителю, перебили крыло другому… Парочка мелких ракет достала третий, разворотив «Тайфуну» кабину.
Подбитые самолеты перенеслись через холмы по инерции, падая и зарываясь в негостеприимную шотландскую землю.
— Ален! — орал Бехоев. — Па-атрик! Обе спарки — в одну цель!
— Да, сэ-эр!
Прорывая пепельно-серую облачность, вниз закувыркался горящий «Торнадо». Он взрывался прямо в воздухе, разбрасывая исковерканные ошметки, распадаясь на части. Следом посыпался второй, третий… Четвертый и пятый…
— Ур-ра-а! — хрипло завопил Ахмет, выскакивая из КП, как зомби из склепа.
Судьба хранила полковника — ему в спину ударила тугая волна жаркого воздуха, бросая в снег, и горсти раскаленных поражающих элементов провизжали над головой. А вот дольмену не повезло — под ударом ракеты верхняя плита раскололась надвое, грузно впечатываясь в утоптанную землю.
Отплевываясь, Бехоев поднялся и потряс головой. Контузило, что ли? Тихо как…
Выпрямившись, он оглянулся на запад. Самолеты Королевских ВВС уносились к Эдинбургу. Зло сплюнув, полковник подобрал шапку, отряхнул ее и напялил на голову. Запиликал радиофон.
— На связи! — рявкнул Ахмет, почти не сдерживая горькое раздражение.