Шелест. Страница в книге моей жизни перевернута. Крейсер «Младший Магистр». Рогеда… Лейтенант Азат Ликий и взыгравшая в нем ревность. Серьезные проблемы. Йорой Рыжий, со своим третьим глазом по центру небритой щеки. Его мерзкая рябая рожа. Удар за ударом, что я на себя принимаю, обвариваясь кипятком. И сладкая месть в конце.
Нежная ночь с Рогедой. Ее улыбка. Сопение у меня на плече. И остров «Красные Воды» на горизонте.
Маяк. Ти-о-та, готовый на все чтобы выбраться из нищеты и помочь семье. Люция, что увидела во мне надежду. Сунак Ручей. Гийом Гриб. Титий Крапива. Аарон Ваза. Работа в департаменте полиции. Младший лейтенант. И торговля зельями. Но где друзья, там и враги. Мадам Женевьева, слуга Повелителя Мух. Аарон и его белые глаза, что стоит подле нее словно кукла, которую дергают за ниточки. Империя Плеть. Подвал мэрии. Кровь, стекающая с металлических столов. Мертвые маги. И рабство.
Мрак, что заслонил тогда мои мысли, чуть не ввергнув меня в кошмар, развеял тульпа. Он стал лучиком надежды, за который я ухватился.
Милый увалень-черепаха нашел меня в рабских бараках и поделился кусочком сахара. Потом была переписка через него с Ти и Люцией. Последние мои указания им и пожелание — пусть они останутся людьми, даже в Империи Плеть. И просьба — оставить пса Лохмача и глупыша-тульпу у себя. Позаботиться о них.
Месяц за месяцем. Издевательства. Побои. Все, чтобы выжить. План Ирги. Помощь ей. И наконец, побег. Свобода…
Мои воспоминания на этом обрываются, оставляя после себя приятное послевкусие, и я возвращаюсь в настоящее, переставая витать в облаках. Собираю в голове мечущиеся из угла в угол мысли и делаю выводы.
Несмотря ни на что, я продолжаю идти вперед. К силе. А пока моя цель — выжить.
Пришлось отвлечься. Эхотий, что шел прямо передо мной, сделал свою тысячу шагов и отступил в сторону. Моя очередь прокладывать нам путь и рисковать жизнью.
Шаг. Шаг. Шаг.
Нельзя бояться постоянно. Какая разница, рисковать здесь и сейчас или рисковать, рыская вокруг базового лагеря, выискивая волшебные травы для своих хозяев? Я давно перегорел и воспринимаю зыбучие пески как неотвратимый рок.
Час за часом. Сменяя друг друга, мы шли вперед. Иногда глотали песок, матерясь на ветер, задувавший его нам в рот. Костерили солнце, что пропекало нас насквозь. Проклинали небо за все невзгоды, что оно нам ниспослало. Ловили скорпионов, что попадались «под ногу» (хоть какая-то еда) и шли, движимые надеждой.
Ноги «гудят». Силы заканчиваются. Жду не дождусь наступления ночи. Нужно поспать. Отдохнуть. Глаза начинают слипаться. Я бодрюсь и продолжаю идти.