Ну и торт «Красное сердце» — он стал неофициальным символом нашей «Ромовой Бабы». Мы предлагаем делать на нём именные подписи, и что вы думаете? Все как один просят одно и то же: «Генина баба», «Костина баба»… Видно, каждому хочется оставить на этом алом сердце почти первобытное заявление: «Моё». Трогательное, немного смешное, но такое искреннее признание в сладкой собственности.
Девочки вбегают в комнату шумной, радостной гурьбой. Поздравляют друг друга, хвастаются костюмами. Идут переодеваться. Концерт удался.
А через неделю — уже настоящий Новый год. Надо собирать вещи: мы сняли большой загородный дом, куда отправимся всей нашей шумной компанией. С нами будут Лена с Серёжей и их сыном Василием — ровесником нашей Агаты, вот такое совпадение, рожали почти в один месяц. И ещё несколько пар друзей с детьми.
Рома опускает Мишу на пол. Я даю сыну маленький кексик, и он с довольным видом вгрызается в него, размазывая крошки по щекам. Мы смеёмся, глядя на него. Рома обнимает меня за плечи, и его губы касаются моего уха, посылая тёплую волну по спине:
— Я люблю тебя, моя Царица.
Десять лет. Иногда мне до сих пор странно думать, как далеко мы ушли от тех дней, когда я боялась каждого женского взгляда в его сторону. Со временем я поняла простую вещь: если человек захочет изменить — он это сделает, и никакой контроль не поможет. А если он любит и выбрал тебя, значит, ценит то, что вы строите вместе. Я перестала ждать подвоха, которого нет, и научилась видеть только то отношение, что получаю. И я поняла главное: мы с Ромой оба хотели семью. И мы её получили.
Агата подбегает к нам с букетом в руках.
— Мам, пап, я хорошо танцевала?
— Была самой лучшей, — говорю я, целуя её в макушку.
— Абсолютно, — подтверждает Рома, подхватывая её на руки, несмотря на то, что ей уже десять.
— Прямо как твоя мама на том корпоративе, где мы с ней познакомились.
Я закатываю глаза, но улыбка не сходит с лица. Он никогда не даст мне забыть тот день.
Стою среди этого шума, счастливого хаоса из детских голосов, запаха хвои и сладкой глазури, в крепких объятиях своего мужчины. За окном медленно падает снег, засыпая город.
— Пойдём домой? — спрашивает Рома, беря меня за руку.
— Пойдём, — киваю я. — Домой.