В зале повисла тишина.
Все взгляды обратились ко мне. Господин Мацумото заулыбался. Другие крупные акционеры выглядели озадаченными, Игорь побелел.
— Как это еще поступило? — вздрогнул он.
— В связи с этим я объявляю новый результат голосования, — заговорила секретарь, игнорируя руководителя. Теперь уже бывшего. — Сорок пять голосов за снятие Игоря с должности и тридцать пять против. Решением собрания акционеров «Стального шторма» с этого момента Игорь освобождается от должности генерального директора.
Игорь застыл, побледнев еще больше. Он открывал и закрывал рот, не в силах произнести ни слова.
— Так до чего ты говорил, я там не дорос? — усмехнувшись спросил я у Игоря.
Во время недавнего пролива стоимость акций «Стального шторма» достигала восьми корон за штуку. Такой распродажей грех было не воспользоваться, поэтому я дал моему повернутому на бизнесе потоку сознания задание закупить по дешевке еще десять процентов их на бирже. Разумеется от имени подставных лиц.
Это было сделано скрытно, чтобы Игорь заранее не заподозрил, что я уже на равных могу соперничать с ним, и чтобы продолжал недооценивать меня.
И только перед самым собранием бизнесмен как положено переоформил все акции на меня.
Игорь молчал. Кровь из его носа хлынула сильнее, красный платок был отброшен в сторону.
Через минуту началось голосование по следующему вопросу повестки. И к сожалению для него оно прошло с тем же результатом.
С перевесом в десять голосов меня назначили на пост гендиректора «Стального шторма».
— У вас хорошая хватка, молодой человек, — похвалил меня господин Мацумото. — Поздравляю с назначением, и надеюсь этот навык поможет вам возвысить компанию.
— Благодарю, постараюсь оправдать ожидания тех кто за меня проголосовал, — пожал я его руку.
Остальные акционеры, за исключением Игоря, тоже поздравляли меня с победой. Я вежливо отвечал каждому, тоже пожимая руки, но краем глаза следил за реакцией бывшего директора.
Игорь вел себя спокойно, казалось окончательно сдавшись и уйдя в себя. Но вдруг на его лице появилась маниакальная ухмылка.
— Рано радуешься, Андрей, — он подался вперед, сверля меня взглядом. — У меня все еще тридцать процентов. И знаешь что? Я докуплю еще совсем немного акций на бирже, чтобы на следующем голосовании вернуть себе должность. Так что не долго ты просидишь в своем кресле.
Я усмехнулся, глядя на его самодовольное лицо. В его глазах еще теплилась надежда, подпитываемая остатками теряющего стабильность разума.
— Уверен? — приподнял я бровь.
Не дожидаясь его реакции, повернулся к брюнетке по центру стола.