Оценщик приподнял бровь:
— Вы находите эту сумму недостаточной?
— Хм…
— Согласен, два миллиарда за пару недель — впечатляющий результат. Но, Андрей… — он выпрямился, слегка подсобравшись. — Капитализация бизнеса — это не только сиюминутная прибыль. Мы анализируем финансовые показатели за весь прошедший год. Месяц назад «Пушки-Пирдушки» балансировали на грани банкротства. Да и сейчас ситуация неоднозначная: устаревшее оборудование, отсутствие долгосрочных контрактов… — он сцепил пальцы в замок. — Поймите, мы обязаны быть объективными. Десять миллиардов — справедливая цена вашей корпорации на текущий момент.
— А что насчет нашего интегрированного оружия?
— Имеете ввиду продажи в виртуальной реальности? Честно говоря, это прецедент, — на лбу мужчины появились складки. — В нашей практике еще не было подобных направлений, поэтому оценить их потенциал крайне сложно. Пока что это рассматривается как инновация. А инновация, сами понимаете, — это всегда риск. Официально высокой оценке она не подлежит. По крайней мере, без стабильной доходности.
— Понятно, — задумчиво потер я подбородок.
— Да вы не расстраивайтесь так сильно, — сказал оценщик. — Думаю, я смогу помочь вам найти покупателя, готового заплатить процентов на двадцать больше. У меня есть на примете бизнес-ангелы и фонды, которые не боятся рисковать.
— Продать? — я усмехнулся. — Кажется, вы меня неправильно поняли. Я не собираюсь избавляться от своего актива.
— Не собираетесь избавляться? — оценщик удивленно поднял брови, ставя электронную печать на только что материализовавшемся документе. — Тогда зачем вам мое заключение? Оценку частных компаний обычно заказывают перед продажей.
— На самом деле, в моих планах все наоборот — мне это нужно, чтобы захватывать другие корпорации.
Я взял документ, поднялся с кресла и, небрежно махнув рукой на прощание озадаченному мужчине, направился к выходу. Собственно, только ради этого заключения я сюда и приехал.
Десять миллиардов… Забавно, что он решил, будто я расстроен этой цифрой. Видимо, у меня был слишком сосредоточенный вид. А на самом деле я приятно удивлен тем, как быстро «Пушки-Пирдушки» выросли с трехсот миллионов до десяти миллиардов по рыночным меркам.
Для компании, которая недавно балансировала на грани краха, думаю, это весьма неплохо.
Черный седан представительского класса с хамелеоновым покрытием ожидал меня у входа.
Спустя полчаса я уже был в VIP-терминале аэропорта, где меня встречал компактный, но роскошный частный самолет.
Едва я поднялся на борт, как он плавно оторвался от земли, оставляя позади суету Пасоша. Я откинулся на мягкое кресло из синтетической кожи, наслаждаясь видами мегаполиса, стремительно уменьшающегося внизу.