— А с каких это пор личные дела стали обсуждаться в этом месте⁈ Возмущённо задал вопрос председательствующий.
— А с таких! Уже двое хотели получить её княжеский титул для своих отпрысков, только она жива, а мечтатели нет и дети теперь её, только вот состояние она уже успела промотать. А наш уважаемый господин Фонвизин решил, что он точно переживёт Наталью Алексеевну, в чём мы все сильно сомневаемся, — добавил Разумовский.
— Да кому какое дело, до того, что я рассчитываю, а что нет? Почему мы это обсуждаем, а не скорый приезд в нашу цитадель божьего воина из другого мира⁈ — воскликнул уже сам виновник перепалки.
— Потому что виновник даже этого именно ты, со своим алкашом сыночком и охотницей до чужих состояний, Радищевой, — устало заметил генерал.
— Ещё раз попрошу! — возмутился Фонвизин.
— А то что? Мне ведь достаточно перестать прикрывать все твои «шалости» перед императором и никакой уже дуэли не состоится. Или ты не на неё намекаешь? — с угрозой в голосе к нему обратился Разумовский.
— Господа, прекратите уже. Про вашу взаимную неприязнь только ленивый не слышал — обратился к ним председательствующий.
— Все мы понимаем. Что такое дети, но уж больно он перегнул с заботой о своём чаде. Только не будем про предсмертную просьбу, — продолжил упорствовать генерал.
— Однако же ты не возражал, против глубокой экспедиции за врата, особенно в свете, что все расходы по её организации я взял на себя, — вспылил Фонвизин.
— Было бы странно, если бы мы это делали, тем более это для твоего сына пошли искать панацею! А в результате волна за волной, из-за чего приходится держать постоянные разведывательные экспедиции в поле! — недовольно высказался Разумовский.
— Ты ещё меня и обвини, что Великая княгиня без руки осталась! — заметил его оппонент.
— Совсем меня за дурака не держи! А вот появление у врат людей и Божьего воина из-за грани вполне может быть. Никогда такого не было и теперь нам ломать голову, что делать и как вести себя по прибытии Амазонки. Ну, действительно, убери ты своего сына от греха подальше, чтобы всю цитадель не позорить, — обратился к нему уже без ругани генерал.
— Вот! Вот на этом давайте сосредоточимся. Как принимать неизвестно кого из-за грани и не быть уничтоженными очередной волной! — тут же вцепился в последние слова Разумовского председательствующий.
— Лукашенко, вот ей богу, ты ещё бы тут про удар в спину начал нам по ушам ездить. Неожиданный и от проникшего внутрь периметра врага. Ага, как же мы не опознали бы Анчутку. Ты завязывай уже со своими снами или говоря конкретней, с паранойей, — отмахнулся от него тот.