Он стучит в стекло еще раз. Откидывается штора и за стеклом появляется лицо Лили Бергштейн. Увидев его она удивленно округляет рот. Открывает окно.
— Витька! — говорит она: — ух ты, даже на подъемнике! Классно. Дай посмотреть… — она уже закидывает ногу на подоконник и, прежде чем он успевает что-то сказать — перелезает в люльку подъемника: — класс! Ты чего ко мне в окно полез? По лестнице не мог подняться? А кто это внизу? Эй, привет! — она машет Батору и Васильичу, Батор машет в ответ.
— Угомонись, неугомонная. — говорит Виктор: — а ну стой, а то вывалишься сейчас. У меня пояс страховочный, а на тебе нет ничего, стой я тебе говорю!
— Как это нету ничего? — обижается Лиля, глядя вниз: — на мне пижама. Я же спать собралась. Под пижамой правда нет ничего, но тут высоко, наверное, не видно. Так чего ты ко мне через окно залезть хотел? Тела комиссарского хочешь?
— Чего? Тьфу на тебя, Бергштейн. Я с предложением, от которого ты не сможешь отказаться.
— Эй, придержи коней Полищук, мы с тобой пара только номинально. Для публики. Ой, ножкам холодно… — она перебирает босыми ногами на металле люльки: — давай я вот так встану… — и Лиля ни капельки не смущаясь — встает своими босыми ступнями ему на кроссовки, становясь совсем рядом и вытягиваясь в струнку.
— Вот так не холодно. — говорит она, держась за плечи, и Виктор чувствует мягкий, ванильный, чуть горьковатый запах, чувствует ее теплое дыхание на своем лице и на секунду — сбивается с мысли. Слишком уж она близко находится…
— Эй! Земля — Виктору! Центр управления полетом вызывает космонавта Полищука! — машет она рукой ему перед лицом: — ты чего? Очнись! Как я тебя спускать буду, если ты сейчас вырубишься? Ты тяжелый.
— А? Да… — он отворачивает лицо от Берштейн. Уж больно близко ее насмешливые глаза и полные губы, надо смотреть в сторону, иначе быть беде.
— В общем так. — говорит он, передразнивая Валерия Сергеевича: — ты хочешь поиграть вместе с Машей в следующую пятницу? В одной команде, но своих ты не бросаешь. Товарищеский матч, на одну игру станешь ее партнером, будете вместе. Рядышком. В раздевалке одной будете переодеваться… представь себе как она потная выходит после игры из душа в одном полотенце и капельки воды стекают вниз по ее гладкой коже, цвета сандалового дерева…
— Витька, гад! — она ударяет его кулачком в грудь: — как ты смеешь меня дразнить! Знаешь же что такое невозможно!
— О да, еще как возможно. Ты из Монтекки, она из Капулетти, но все возможно, моя маленькая Джульетта. — поигрывает бровями Виктор, будто персонаж из мультфильма: — в следующую пятницу тут будут «Крылья Советов», у нас будет товарищеский матч с ними. Думаю если ты скажешь об этом своим — тебя к нам отпустят. Пусть мы и соперники на уровне области, но тут уж — мы все против них, не так ли?