— О, ты тут. Привет. — они обмениваются рукопожатиями. Крепкое рукопожатие, но пальцы не ломает, все как по учебнику. Если ты где-то и прокололся, товарищ Полищук, так это в том, что ты все делаешь слишком правильно. Правильно улыбаешься, правильно пожимаешь руку, веришь в то что говоришь — думает Николай, снова опускаясь на стул.
— Как поездка прошла? — спрашивает «Тренер» и Николай пожимает плечами.
— Нормально. — говорит он: — все как ты и сказал, действительно не все тайники следствие нашло.
— Машину пришлось на месте брать? — оценивающим взглядом окинул его собеседник. — Понимаю. Как в общем?
— Трудно сказать. — ответил Николай, вспоминая алюминиевый бидон из-под молока, набитый пачками купюр и золотыми монетами, украшениями и драгоценными камнями: — прямо как в пещере у Алладина и сорока разбойников. Но побольше миллиона точно. И зеленых бумажек много.
— Себе долю отложил?
— Как договаривались.
— Спасибо. Больше я тебе ничего не должен? За поездку и вообще? — «Тренер» приподнимает бровь. Николай качает головой. Никто никому ничего не должен. Иметь в должниках такого человека — дорогого стоит, но такой человек конечно же будет следить за тем, чтобы не оказаться должным. Николай рассчитывал на то, что, оказав услугу «Тренеру» он понемногу сделает его своим должником — помог тут, помог там… но, судя по всему, «Тренер» хочет, чтобы они разошлись в разные стороны. Это конечно тоже вариант, но Семье нужен «Тренер», у Семьи большие планы. Так что…
— Нет, все ровно. — отвечает Николай.
— Вот и отлично. — кивает его собеседник. В пивную завалилась шумная компания молодых людей, они хлопали друг друга по спинам, закатывались хохотом и в целом вели себя крайне вызывающе. Николай тут же прокачал вошедших. Настоящие, не прикидываются. В отличие от… он снова перевел взгляд на «Тренера». Виктор Борисович Полищук, не был, не был, не привлекался, не женат, обычный молодой человек. Ненастоящий. У человека такого возраста и такой невзрачной биографии не может быть этого холодного блеска в глубине глаз. Спокойствия в любых ситуациях. Решительности в действиях когда нужно. Интересно, думает он, как в Бюро смогли подделать возраст? Или это его персональная мутация, что он так молодо выглядит? Быть не может чтобы ему двадцать пять было.
— … может еще что нужно? — осторожно спрашивает Николай. — ты говори.
— Хм. — собеседник колеблется. Николай опускает взгляд в свою кружку с пивом, чтобы не выдать себя блеском глаз. Вот оно, думает он, ему определенно что-то нужно, а ресурсы Бюро он привлекать не хочет. В самом деле в отставке? Или же…