Всё произошло так быстро, что никто больше и не рыпнулся, а Требухашка уже отцепился и пятился задом. Юра продолжал сидеть, не убегая и не завывая от ярости, он будто знал, что должно произойти и боль воспринял спокойно.
— Теперь мы можем поговорить?
Требухашка взлетел. Резко, неожиданно, но не быстро — при желании Юра мог наклониться и схватить его, но он продолжал сидеть. У дракона работало одно крыло, второе только мешало своими инвалидными потугами, но он смог подняться над головами и закружить там. Я видел как расправили крылья крестьяне и задрали головы вверх, как «распушился» Юра, но никто не двинулся с места, будто боялись этого маленького питомца. «Плюй в них, — посылал я мысли в его сторону, — устрой бомбёжку, не жалей нас. Убей урода, пока он не взялся за тебя». Но китайский дракон не слышал, он кружил и кружил отбрасывая тень, но не зелёные снаряды.
Юра покачивался будто слушал музыку в голове — он молодой и в ушах наушники, и песня играет про ушастых лучников и бородатых карликов. Это Андрюха меня в кино заманил, я не любитель сказок. Здорово тогда нажрались на галёрке. Костян под конец фильма прилез, но пьяный как будто с нами все три часа сидел. Три часа шел этот фильм. Три часа! Я уже думал, что мне это снится. Не бывает таких длинных фильмов, но Андрюха только посмеивался и наливал.
— Хорошо, — сказал Юра и обернулся. Посмотрел на меня, как ножом ударил и начал вставать. — Хорошо, я отпущу их.
2.
Требухашка делал круг за кругом с каждым разом уменьшая радиус. Я смотрел на него как загипнотизированный. Никто не шелохнулся пока он не сел на плечо маньяка без отчества. Никто не бросился выручать, отбивать друга и сносить врага. Все замерли, включая серых личностей, а теперь дракон сидел на плече Юры Безотчества и урчал.
Человек в грязных очках будто стал выше и он улыбался, когда осматривал всех нас. Поворачивался кругом, прохаживался как петух, всем видом демонстрируя победу и благодушие. Резанул по мне взглядом и ничего не сказал, просто сморщил презрительно нос и подошел к парню. Махнул руками и серые крестьяне расступились.
— Не умею разговаривать с проигравшими, но обещания нужно выполнять. Уговор был. Ты мне резчика, я отпускаю тебя и девку. Ну что же, резчик со мной. Скоро сможете уйти. И длинного бомжа с собой заберите. Лысого мы сами похороним. Костян останется с матерью на хозяйстве.
— Костян пойдет со мной.
Маньяк посмотрел на меня. Лениво и безразлично скользнул взглядом.
— С тобой вообще разговор не ведется, длинный. Мой брат останется со мной — мама так хочет.