Как оказалось, Артём жил где-то под Москвой, там же у него была супруга и дети. Я предложил ему перебраться ко мне, но он отказался, хотел быть ближе к семье. Моё дело предложить, в любом случае у меня не получится к нему ездить, а учитывая возрастающий интерес к моей скромной персоне, вскоре подобраться ко мне вообще будет невозможно. Это я ему и рассказал, вроде смог убедить на время перебраться в Москву. Хоть за девушками присмотрит во время моего отсутствия, их уже перестали перевозить с места на место.
Очень мне хотелось собрать свою команду, чтобы имелась охрана, которой я мог бы доверять, но не дадут этого сделать. Любого человека приблизишь, так он тут же будет докладывать о том, что у нас происходит, даже в Кате я не уверен. Никому кроме Юры не верил, и это печально. Не мог пока придумать, где взять верных людей, как их вооружить и намертво привязать к себе. Жить тут без своей команды мне будет тяжко, а самому все дела не переделать. Сейчас помогаю своим предкам, но вечно это продолжаться не может. Я уверен, что не смогу стать коммунистом.
Сначала я перемещал людей и технику только по ночам, но потом, когда погода испортилась и тучи висели низко над землёй, стал работать и днём. Сотрудники НКВД даже умудрились выяснить, за какое время я полностью восстанавливаюсь, поэтому будили, если вдруг отдыхал. Несмотря на все наши усилия, подконтрольная советским солдатам территория понемногу начала уменьшаться. Немцы давили всё сильнее и сильнее, а через какое-то время наши начали испытывать нехватку припасов.
С проходом через портал иногда случались серьёзные проблемы. Один раз лошадь разрезало на две части, хотя я уже кричал, чтобы никого не заводили. Само собой, в этот раз мне переправиться не удалось. На следующий день водитель въехал в портал и заглох, в результате машину разрезало пополам. Хорошо, что он перевозил продукты и никто не пострадал, но такие проблемы стали случаться чаще. Предлагал же майору найти водителей, чтобы занимались только перегоном транспорта, а на той стороне его бы отдавали, но нет, каждый раз водители были новые и часто слабо обученные, вот и случались неприятности.
Два месяца мы поддерживали солдат, которые попали в котёл, вывезли огромное количество раненых, а туда перебросили много техники и свежих сил. Один раз вывезли даже двух генералов в Москву, причём под надзором, но огромный котёл неумолимо уменьшался. Один раз немцы даже смогли его разрезать, но прорыв ликвидировали, ударив по вклинившейся в нашу оборону группировке с двух сторон. Тогда на ту сторону мы перекидывали только технику и боеприпасы, а потом сразу же возвращались обратно, даже раненых не брали.