— Александра Витальевна, — сказал я. — Ничто не случается без причины. И мы с вами прогуливались по поезду не напрасно. Можете мне поверить: прогулка пошла вам на пользу.
Лебедева скрестила на груди руки. Она буравила меня суровым взором.
Я вспомнил, что уже видел этот её требовательный взгляд: на фотографии, которую лет десять назад отыскал в интернете.
— Хотите сказать, что всё это было просто шуткой? — спросила журналистка, взмахнула руками. — Розыгрышем? Дмитрий Иванович, вы таким странным способом со мной заигрывали?
Я щёлкнул пальцем и сказал:
— Годное объяснение. Сойдёт. Всё именно так. Заигрывал. Вы угадали.
Улыбнулся.
— Гражданка Лебедева, вы получили свои объяснения, — сказал я и снова раскрыл блокнот. — Вполне нормальные. Теперь отстаньте от меня и не мешайте работать.
На двери в зеркале я заметил своё отражение. С утра оно почти не изменилось.
Александра резко вдохнула — у неё на щеках и на скулах вновь вспыхнул румянец.
— Это я-то вам мешаю⁈ — сказала она.
Лебедева вновь ударила по столу — теперь громыхнул и спрятанный под тканью пистолет. Журналистка сдёрнула с него полотенце. Посмотрела на ПМ, затем снова подняла взгляд на меня.
— А это, по-вашему, что? — сказала она. — Букет цветов?
Александра чуть склонила набок голову.
— Это лучше, чем цветы, — ответил я. — Это самозарядный пистолет. Калибр девять миллиметров. С полным магазином патроном. Так что вы поосторожнее с ним, гражданочка.
Добавил:
— Пушки дамам не игрушки.
Я вспомнил, что уже использовал эту фразу. Много лет назад. Вложил её в монолог главного героя в той самой книге, которая начиналась с убийства молодой ленинградской журналистки.
— Зачем вы достали этот пистолет, если всё это был только розыгрыш?
— Развлекаю вас, Александра Витальевна. По мере сил. Выслуживаюсь перед вашим отцом.
Отметил, что в купе ещё витали едва уловимый запах табачного дыма.
— Так значит, вас всё же прислал мой папа, — сказала Александра. — Так я сразу и догадалась.
Она хмыкнула, поправила ворот сарафана — будто смахнула с него мой взгляд.
— Точно, — ответил я. — Ваш отец. Генерал-майор КГБ. Он приказал, чтобы я берёг ваш сон. Так что расслабьтесь, Сашенька. И получайте удовольствие от путешествия. Не мешайте людям работать.
— Я вам не Сашенька! — заявила Лебедева. — Для вас я Александра Витальевна.
Она повела бровями и сказала:
— Вот так вот, товарищ капитан.
Журналистка приподняла подбородок, плотно сжала губы.
Вновь выглянувшее из-за тучи солнце позолотило её лицо ярким светом. Лебедева сощурила правый глаз.
— Ладно, как скажешь, — ответил я.