Перед тем, как уйти, Бронислав Николаевич лишь сантехнику по плечу похлопал:
— Что, Боря… Отдыхаете?
— Отдыхаем, — ответил Глобальный, и попытался приподняться. Но снова остался на месте. Если первый удар по шарам почти сразу прошёл, а после второго стало немного некомфортно ходить, то третий тестикулы точно не простили и болели уже как следует, и судя по неприятным ощущениям и тесным трусам, порядочно увеличились.
«Но Маливанского и так арестовали. Карма же!» — воскликнул внутренний голос: «Не важно какого ты роста. Если ты косячишь, рано или поздно спросят».
— Шац вернулся, — добавил Боря, с трудом поднимаясь.
— О, Шац — это хорошо! Пусть сам уже охрану ставит. Загляну к нему на днях, — ответил полковник и отбыл с посёлка вместе с группой.
По пути Вишенка только на КПП заехал, в будку зашёл и так выразительно на жену посмотрел, что побледнела вся.
— Ну что, Лиза? Давай что ли…
— Что? — убито переспросила супруга, тридцать лет в законном браке пребывая.
С института ещё её знакомы. Там и поженились на третьем курсе, пока он уже служил во внутренних войсках. Сначала милиционером, потом полицейским, а дальше она уже следить за реформами перестала.
Слова разные, смысл один и тот же.
— … второго своего охранника давай! — договорил супруг, свернув с важного разговора на второстепенный. Подождёт до вечера. Только баночку алюминиевую из-под напитка на столике как бумажную смял. — Но его я уже сам лично проверю! А пока не пребудет, сама и сиди тут… дежурь. Вечером поговорим.
— Ага, — выдавила из себя бледная и трясущаяся Елизавета Валерьевна и на банку следом минут пять безотрывно смотрела, как супруг уехал. А затем решила бежать. Ведь жить ей оставалось плюс-минус пара часов. Или даже часа три, если муж снова на ужин опоздает. Но конец её будет не таким эффектным, как у Маливанского.
Однако, прежде чем бежать паковать чемоданы, она позвонила наймиту Александре.
— Саша, вы не могли бы выйти на работу прямо сейчас? — убитым голосом спросила пойманная и почти раскрытая на измене жена.
Свечку рядом вроде никто не держал, но по взгляду Вишенки понятно — спалил. Ещё и Маливанского забрал на допрос. А тот через пару дней расколется. Если уже всё не рассказал.
«Недолго музыка играла», — вновь и вновь крутилось в голове перепуганной супруги.
— Могу! — ответила весёлым голосом Сашка. — Вот прямо сейчас такси вызову и прибуду!
— Хорошо. Тогда будка остаётся открытой. Я всю инструкцию на листочке напишу тут. Шлагбаум поднят. Как приедешь, опустишь.
— А вы мне ничего сами не расскажете-покажете, что ли? — искренне удивилась без пяти минут охранница.