— Готово! Завелась! — заявил с порога довольный сантехник с перемазанным лбом, оттирая руки снежком.
Мало того, что вспотел, пока откапывал, затем и под капотом полазить пришлось. А там как будто железный дровосек умирал, истекая маслом.
Всё походило на то, что хозяин как купил, так ни разу под капот тот и не заглядывал. А там масло плескалось, антифриза нет, тормозуха на опасно низком уровне, а в бочке омывайки пыль.
«Но последнее можно списать на зиму. Всё равно застынет», — отметил внутренний голос сантехника: ‘Автомобиль точно нужно подготавливать к продаже. Стоит на летней спущенной резине, почти на одних дисках, которые ворью и даром не нужны. Удивительно, что аккумулятор на металлолом не спёрли.
Стоило открыть дверь, переходя порог, как тут же на шею шустрая Лизка бросилась. Пришлось поднять, закружить. И первую одарить комплиментами. Ведь даже самая маленькая девочка любит ушами.
— Ух ты, какая большая выросла! — отметил Боря, вручая молочную шоколадку, которую тут же выудил из внешнего кармана куртки.
— Спасибо, дядя Боря! — заявил довольный ребёнок.
Не свадьба, конечно, но тоже сойдёт.
— Так ведь не за что, — улыбнулся сантехник.
Он скорее отпилил бы себе ногу, чем пришёл к Валетовым без сладкого детям. И пока следом бросилась обниматься Майя, едва успел снять куртку, как тут же извлёк из рукава следующую шоколадку, с орешками. И протянул и средней сестре:
— Мама-миа! Ты такая лучезарная сегодня. Что это у тебя? Веснушки? Вот бы мне такие! — и он легонько коснулся её носа, от чего обычно строгая Майя не только улыбнулась, но и выдала.
— Хы-хы-хы! Ну дядя Боря! Опять ты за своё? Я ведь в прошлый раз ещё обещала не смеяться! Вечно ты меня веселишь!
— Дело не во мне, дело в тебе. Ты така-а-ая весёл-а-ая! — выдал Глобальный, откровенно веселясь. Потому что с детьми ему было легко.
«Надо ещё поработать над концентрацией. А то подумает ещё, что я девушка не серьёзная», — тут же подумала Майя, уходя в зал следом за сестрой.
Всё же к этому моменту гость успел разуться среди трёх встречающих в узком коридоре сестёр, пока мама дожидалась своей очереди на кухне за неимением большего количества места.
Снова распрямившись, озорной сантехник похлопал себя по карманам рубашки. И покачал головой, брякнув сокрушённо:
— Забыл? Забыл же! — тут он сделал вид, что уходит. Но тут же повернулся и извлёк из заднего кармана джинсов ещё одну шоколадку. — Ан, нет! Не забыл. Держи, Верунчик!
Он помнил, что Вера любит белый шоколад. И протянул шоколад без сомнений, уже собираясь идти мыть руки как следует в ванную. Но воспользовавшись тем золотым моментом, когда сёстры уже убежали, а мать с кухни ещё не вышла, старшая среди сестёр вдруг улыбнулась коварно и принимая в руки дар, сделала вид, что целует его в щёчку, а сама резко и неожиданно поцеловала прямо в губы!