Гриня поморщился и снова вернулся к работе, которая тоже налогами не облагалась. Даже как самозанятость не оформишь. Хотя через пару лет мог и на ИП выйти, только опыта наберётся.
Ты опустилась на постель. На миг показалось, что кто-то вытащил из тебя все кости. Затем все мышцы расслабились, и ты ощутила приземление. Воздушное и сладкое, оно замаячило перед твоими глазами. Я вновь улыбнулся, поднимаясь выше. Смотреть на твоё разомлевшее лицо — высшая награда. Смотреть в твои плывущие глаза — награда вдвойне. Хочу тебя крепко поцеловать, но не успеваю…
— Почему? — тут же пришло сообщение.
— Почему? — переспросил Маливанский вслух и перевёл взгляд на лысого качка Блоба, который играл в шашки с Джобом. Такому на вопрос «Почему?» можно получить исчерпывающий ответ — «Потому что»!
И ведь не поспоришь.
Игральной доски у сидельцев не было, как и шашек. Алагаморов держал подчинённых в аскезе, не считая дополнительных пайков. Но было воображение. Потому оба поле вырезали заточенной ложкой прямо на столе. А в качестве фигур выступали примятые кругляши от хлеба, скатанные до мякишей в однородную массу и подсушенные для придания формы. Рядом тут же лежали крестики и нолики. Если шашки надоедят, за новую «доску» пересядут.
Ответ не дал и бывший охранник Егор. Валетов поджал губы, чтобы перетерпеть боль от наносимой наколки на предплечье. «Синькой» другой бывший охранник Михаил, позаимствовав очки у своего менее опытного коллеги Семёна, набивал Егору через ручку русалку, особо тщательно концентрируясь на груди. Несведущий в художественном замысле человек при взгляде со стороны сказал бы, что пока нарисованы лишь две мощные сиськи, а где-то там по контуру бледно-бледно прослеживается хвост, тина и надпись «нет в жизни счастья»!
Гриня мельком посмотрел на Ивана и так и не до конца зачмырённого Антона, которого никак не могли допрессовать как раз из-за разногласий с его братом. Мол, одного проткнёшь всего разик, а киллер тебя потом проткнёт сразу пару раз. Второй будет контрольным. И если Антон лишь утрётся, получив очередную шоколадку, то от рук Ивана совсем мёртвым будешь. С надёжным переездом на свободу… но уже вперёд ногами.
Их всей этой компании в тесном мужском кругу выбивались теперь скорее бывший (и последний) начальник управляющей «Компании Светлый» путь — Тимофей Вольфович и Никита Сергеевич Хрунычев по кличке Хрущ. Оба сидели на скамейке перед магнитофоном и изо всех своих технических сил пытались реанимировать старый магнитофон, который уже не крутил кассеты, но порой пробуждался и ловил радио. А для этого то ли батарейки надо пошерудить, то ли плату покачать, чтобы коннекторы на место встали.