— Магией? — догадался Мацубара.
— Да, теми системами заклинаний, которые мы использовали в войнах будущего. Это не фокусы, типа пуль Ронина, разрывающих человека на куски при любом попадании, это несоизмеримо мощнее и компактнее. При помощи заклинаний в малые объемы впрессовано огромное количество магической энергии. И эта магия может действовать намного дальше, чем на сотню метров.
— Это как? — Ронин не смог скрыть удивления.
— Плетение на баллистических элементах, — объяснила Мизуки. — Пули накачаны структурированной магической энергией, которая высвобождается при попадании. То есть, пуля, отправленная хоть на километр, донесет до цели мощные деструктивные заклинания, и там они окажут соответствующее воздействие на ткань реальности.
— Аж в жопе щекотно. — Ронин не удержался от похабной шутки. — Маркировка какая-то предусмотрена, что как действует?
— Смысла в ней нет, — ответила Мизуки. — Деструктивная энергия, это деструктивная энергия. Считай так, что в ста метрах от попавшей в цель пули все живое будет уничтожено полностью, распадется на атомы. Здания и техника останутся нетронутыми, что позволит брать трофеи. Но этими пулями не надо злоупотреблять, иначе сопутствующие потери будут астрономическими. Только для прорыва оцепления, так как в местах расположения силовиков мирняка точно нет, их всех принудительно эвакуировали.
Через десяток кварталов высадили Мизуки. У нее, а также у Хитоми и Рика были свои, особые функции. Затем разделились Ронин и Кабаяси, чтобы взять под контроль две мобильные группы. Мацубара брал командование основными, самыми надежными и боеспособными боевиками якудза. Аямэ и Реми, согласно плану, должны были осуществлять связь, корректировку, а также наносить удары по кибернетическим системам противника.
К полудню силы императорской гвардии и армейских подразделений оцепили центр Токио по линии Аракава-Тосима-Сибуя, выстроив хорошо защищенную дугу к северу от залива, она прикрыла Императорский дворец и прилегающие к нему деловые районы. Создав таким образом себе надежный тыл, силовые подразделения армии, полиции и гвардии получили возможность выдвигать мобильные зондеркоманды для зачистки города от якудза.
Преступные кланы настолько увлеклись разборками между собой, что оказались легкой мишенью для хорошо мотивированных и экипированных подразделений. Когда же главари якудза осознали, в какую ситуацию сами себя загнали, было уже поздно — основные позиции были утрачены, кланы несли колоссальные потери, и ни о какой консолидации криминальных структур уже не могло быть речи. Никто ни с кем не собирался договариваться, все были охвачены жаждой мести, а силы императора этим в полной мере воспользовались, нанося точечные удары хорошо подготовленными зондеркомандами. Якудза вынуждены были сдаваться или бежать из города.