— Вот теперь время делать ноги! — Аямэ хихикнула в эфире.
Кабаяси развернул фургон и как следует поддал ходу стараясь побыстрее покинуть место побоища. За ним тут же ринулось с десяток машин с площади, но стоило им въехать на эстакаду, все они были остановлены из гауссовки и загорелись, образовав непреодолимый затор.
— Стоп! — приказала Аямэ. — Теперь вы в безопасности. Убираем пулемет, чтобы не привлекать ненужного внимания, готовим ПЗРК и ждем полицейские вертолеты.
Когда в небе над площадью показались два ударных вертолета полицейского спецназа, Ронин и Хитоми сбили их двумя ракетами. Вертолеты рухнули, загорелись, внеся еще больше сумятицы, а Кабаяси спокойно направил фургон в городские кварталы.
— Ну, теперь пойдет, как лавина в горах, — заявила Аямэ. — Подтянется полиция, потом новые отряды якудза, затем и до ввода войск недалеко. Так, выходите в точку отхода, надо забрать Рика и Мизуки.
Она оказалась права. Через несколько часов конфликт между кланами якудза принял неуправляемый характер. Центр города охватило несколько крупных пожаров, и городские службы не справлялись с ситуацией ни в каком виде. И Император сделал свой ход…
— Неплохо мы пошумели, — Хитоми с хлопком открыла банку «Асахи», и смачно, со звуком сделала глоток.
— Ага, пошумели, — пробурчал я, глядя на голостену.
На картинке, передаваемой по всем новостным каналам, были бронемашины Сил Самообороны, пардон, теперь уже Императорской Армии и вооруженные патрули.
— Ну, это было ожидаемо, — сказала Мизуки. — Если уж пошла криминальная война, то жди введения чрезвычайного положения. И войск. Что мы сейчас и наблюдаем.
— Я надеюсь, Синигами с нашим куратором от богов понимают, что делают, — заметил я. — Сама понимаешь, что в этих условиях наша работа только осложнится.
— Ну а что? — Хитоми повела банкой. — Можно подумать, когда-то было иначе. Стойко переносим тяготы и лишения.
— По тебе это незаметно, — подколола ее Мизуки. — Ты преодолеваешь только алкоголизм и нимфоманию.
— Я не страдаю сексуальными извращениями, я ими наслаждаюсь, — промурлыкала Хитоми, вытянув свои безупречные ноги.
— И прекрати на кухонном столе сидеть, после тебя столешница воняет, — заметила Мизуки. — А то осталось только еще на нем потрахаться.
— А что, мысль интересная, — Хитоми искоса поглядела на меня. — Люблю всякие нестандартные места.
— Хватит, — одернул я распоясавшихся подчиненных. — Реми, что по анализу «кубика»?
— Тебе списком дать, или по карте показать? — спросила она.
— Лучше карта, так нагляднее, — сказал я.
— Ну смотри, — Реми переключила на экран карту Токио.