Первый день съёмок подошёл к концу и в половине первого ночи весь наш дружный коллектив уже спал, как убитые, в своих новеньких индивидуальных апартаментах, в которых пахло нашей подмосковной сосной.
Интерлюдия
Подмосковье. Завидово
— Так значит, ты решил не ждать и прийти почти сразу, гхм? — вместо приветствия произнёс хозяин дома, пожав руку гостю и, предложив присесть, поздоровался: — Здравствуй, Юра.
— Здравствуйте, Леонид Ильич, — холодно произнёс вошедший, присаживаясь на кресло.
— Ну, гхм, что, разведчик-контрразведчик, скажешь после всего произошедшего?
— Леонид Ильич, мне кажется, мы выдержали этот удар и, думаю, что из-за этой, гм, неудачи, мы не так много и потеряли.
— Неправильно тебе кажется, Юра, гхм. Жучки-то все твои теперь тебе выковыривать приходится, гхм. Как ты теперь за безопасностью страны следить собираешься? А, гхм?– недовольно произнёс Генеральный Секретарь. — Теперь же все наши руководители без твоей заботы останутся. Как ты сможешь узнать, о чём они думают? Что их гложет, гхм? Какие интриги они собираются плести, а может и уже плетут? Что делают? И самое главное, гхм, что они собираются делать⁈ Ты, Юра, гхм, теперь этого знать не будешь. А значит, гхм, этого не буду знать и я! — Генеральный секретарь нервно постучал пальцами по подлокотнику кресла и язвительно произнёс: — Понял, чем эта твоя, как ты говоришь: небольшая неудача, нам обернулась? Теперь безопасность страны под серьёзной угрозой, гхм!
— Леонид Ильич, не волнуйтесь, всё под контролем, — попытался успокоить Андропов Брежнева.
— Как это — не волнуйтесь, гхм? Что ты говоришь, Юра? — подозрительно посмотрел на собеседника хозяин дома и спросил: — Какую игру, гхм, ты ведёшь? Ты, гхм, на чьей стороне?
— На вашей, Леонид Ильич. Только на вашей, и ни на чьей больше! — клятвенно заверил Андропов. — Хочу Вам вновь повторить: всё, невзирая ни на какие трудности, остаётся под нашим контролем.
— Но как это может быть? Ты, что, общее решения Политбюро решил проигнорировать? Не советую, гхм.
— Конечно же нет! Все решения, что были приняты, будут исполнены. С завтрашнего дня мы начинаем проверку всех жилищ высокопоставленных товарищей. Мы обязательно найдём и изымем подслушивающие устройства, только…
Брежнев не дал ему договорить.
— А это, Юра, значит, что с завтрашнего дня мы с тобой начнём терять хватку! Гхм! Ты меня понимаешь, гхм⁈ Мы перестанем держать руку, гхм, на пульсе. Больше не получая информацию, мы не сможем определять текущую повестку. Как мы будем знать, к чему нам готовиться, если не будем знать, что они замышляют? Ты же сам прекрасно осведомлён, гхм, что они всегда что-нибудь замышляют. Они даже в нашем так называемом малом составе Политбюро и то умудрились разбиться на две противостоящих группы, гхм. Ты же сам входишь в одну из них. Ты думаешь, я не знаю? Знаю. Так что ты, Юра, собери волю в кулак, гхм, и придумай, как нам установить эти «жуки» обратно. Да так, чтобы в следующий раз их никто найти не смог бы.