Та была пасмурной и очень чумазой, с покрытыми маслом руками, но ела с рук вполне охотно, хоть и с видом удрученного хомячка.
— Я не хомяфёк! — было сделано громкое, хоть и невнятное заявление, — Фне фросто…
— Кого-то, лишь похожего на подругу? — поднял бровь я, продолжая процесс кормления, — Ты же понимаешь, что её реакции неосознанные?
— Мне бы и такого хватило… — шмыгнув носом, призналось сгрызшее банан дитя компромиссов.
— А мы тебя чем не устраиваем? — удивился я.
— Ну… вы все очень взрослые… — проныло существо, бывшее старше меня.
— Это лишь видимость, — утешил я кицуне, сажая ей на нос пойманного на колесе машины крупного таракана и заталкивая каталку с девушкой назад, под автомобиль.
К тому же, ничто не помешает девушке изливать душу Норме, которая просто ей не улыбается. Чуть сложнее, но… эй, ты меня слушаешь? Ну что за крики, это была обычная букашка!
Ладно, не обычная. Крупный таракан попался, мадагаскарский, наверное.
На следующий день, полностью выгнав из головы все мысли о неожиданном выверте Карузо, мы с Марием осуществили давно задуманные планы. В моем случае, они были совмещены с легкой, даже можно было сказать, элегантной, местью по отношению к Эрике Хатсбург, за которой накопилось грехов как за цыганским табором. Кивнув на прощание Марию, уводящему нашу еще дующуюся на меня за таракана Няшку, я подкатил к отрядному вампиру, предвкушающему «сюрприз», извлекая из кармана билеты в театр.
— Начнется через три часа, успеешь одеться…? — задал я невинный вопрос мимоходом, тут же скрываясь с глаз моей полностью ошеломленной жертвы.
Такой подставы Эрика Хатсбург, очень красивая и эффектная женщина, не ожидала и в помине. Нужен был наряд, наряда не было, а давали не много, ни мало, как «Смерть коммивояжера» Артура Миллера. Возможностей отказаться — ноль, времени в обрез, зла не хватает, виновник скрылся, преследуемый мудрым бинтуронгом… Эрика рвала, метала, испускала громы и молнии, но при этом готовилась, готовилась и готовилась.
Ко времени, когда я вышел из комнаты, одетый в черную рубашку и легкие брюки, запыхавшаяся, покрасневшая, но выдавшая очень неплохой экспромт по одежде вампиресса уже стояла посреди зала, разгоняя всё живущее алчущим крови взглядом.
— Красовский, я тебя убью!
— Дай догадаюсь, после представления, да?
— Да!
Ну как даме в театр и без кавалера? Эрика же настоящая леди, хоть успешно это скрывает большую часть времени. Наверное, поэтому мне и нравится, есть в её воспитании нечто настоящее. Не тогда, когда она в клубе пьяной блюет мне на ботинки… хотя, почему и нет…?