Или ты ешь кого-нибудь, или кто-то ест тебя. Так бывает всегда, кроме тех случаев, когда это происходит одновременно. Клоп быстро пробрался сквозь густую шерсть на спине у основания хвоста, поблагодарил судьбу и приступил к обеду.
Сначала Сит удивился, потом обиделся и, наконец, разозлился. Для начала он вывалялся хорошенько в снегу, после чего основательно встрепенулся, пытаясь вытряхнуть кровососа. Не помогло! Как не помогли и попытки достать его зубами или когтями. И мех густой, и место крайне неудобное.
Тогда он опять поднял шерсть дыбом и уже почти сознательно пустил волну искр. Клоп умер. Почтим его память вставанием. Сит так и поступил. Встав из снега, он встряхнул шерсть и потрусил дальше в поисках еды…
Искомое он всё же нашёл и довольно быстро. На ель ворона взгромоздясь, позавтракать совсем уж было собралась. К вящему стыду опытного охотника, заметил птицу он только тогда, когда она каркнула, как водится, во всё воронье горло и что-то при этом выпало. Сит сел на задние лапы, поднял голову и увидел птицу прямо над собой. Точь-в-точь такая же, как предыдущая. Толстая и вкусная.
Может быть даже жирнее первой. Волчонок облизнулся на ворону, а она на него нагадила. У каждого свой жизненный опыт. На меня, например, никто никогда не гадил, а я не первый год живу… Сит жил первый год и удивился. Он бы обиделся, но не знал, что так положено делать, поэтому просто принюхался. Не понравилось. Помёт упал на спину и сразу расплылся пятном. Барахтанье в снегу помогло мало, и запах остался.
Волчонок вздыбил шерсть и по ней опять волной пробежали искры. Шерсть стала чистой. Увидевшая это ворона впала в ужас. Бросив еду, она взлетела, и истошно каркая, изо всех сил набирая высоту, устремилась прочь.
Ситу досталась замёрзшая тушка молодой крысы и опыт: всегда нужно просто пугать ворон своим страшным видом. Повысив свою самооценку, он занялся добычей. Её правильнее было бы назвать трофеем, но это уже детали.
Взрослая крыса была ненамного меньше самого Сита и наелся он досыта, до отвала. Остатки оттащил подальше от места, где ел и прикопал в снегу поглубже, вспомнив немногие уроки матери. Сытый и довольный собой он отправился дальше осматривать свои новые владения.
Стараясь особо далеко от заначки не удаляться, волчонок понемногу знакомился с лесом… Всё в нём было ново и интересно. Постепенно он вживался в окружающий мир… Звуки, издаваемые ветром в вершинах елей, поскрипывание их стволов, изредка сыплющийся с веток снег. Но главное — запахи.
Даже на лёгком морозце кора елей пахла сильнее всех остальных деревьев и кустов. Но важнее — следы. Их было много, и разобраться сразу с тем, кому они принадлежали было невозможно. Запоминал запахи волчонок без труда, но покамест между ними и внешним видом тех животных, что оставляли их на снегу, в памяти связей не было.