Что-то наклёвывается…
Всё это ещё нужно увязать с другими планами…
Ладно, об этом потом… Времени постоянно не хватает… Надо бы попрощаться с Афанасием, да и повторить ему все мои заказы и задания. Забывает он всё ещё чаще, чем я сам, что почему-то успокаивает. Как говорится, не я один такой… В его лабораторию шагнул прямо из подвала. Пока я не забыл, из-за хаоса, ада, рая и прочего, а главное — из-за самого Афанасия. Он и есть хаос.
Мир «2» Сит. Рождение. Логово волчицы. Первые шаги — самостоятельность
Мир «2» Сит. Рождение. Логово волчицы. Первые шаги — самостоятельность.
Сит проснулся и открыл глаза. В логове, расположенном у самого обрыва под скалой, было холодно и сумеречно. Волчонок понюхал воздух, но матери не обнаружил. Это было необычно, и малыш заскулил. Почти всегда раньше это помогало, и мать появлялась мгновенно, но только не сейчас.
Тогда он решил, что нужно ползти и тогда-то уж точно удастся уткнуться в её тёплый бок, а это и безопасность, и еда, и тепло. То есть — счастье. До сих пор в этих понятиях и заключалась вся крошечная и простенькая жизнь Сита. Ведь он первое время не очень отличался от брата и сестры, их мех менялся и уже принимал серый оттенок, унаследованный от матери-волчицы, а он весь пошёл в далёких предков. Мех его отчётливо отдавал синевой. Он был единственным таким волчонком не только во всем помете, но и вообще в стае и даже во всех стаях Закрытых гор за несколько последних веков…
Сит родился другим и совсем не походил ни на отца, ни на мать. О том, как опасно быть непохожим на остальных он ещё не догадывался. Глаза у синего волчонка только недавно открылись, но он уже хорошо видел. И даже когда глаза у него были закрыты, чувства обоняния, осязания и вкуса уже хорошо служили ему. Он легко узнавал по запаху мать, как главное в своей жизни, а также брата и сестру.
Принимая участие вместе с ними в неуклюжей возне, подчас уже переходившей в подобие битвы, он старался победить, и его горлышко все чаще пыталось издавать хриплые звуки, почти рычание. Чаще получался писк, но он старался в этом, как и во всём остальном походить на мать…
Задолго до того, как впервые открылись его глаза, он научился по запаху, осязанию и вкусу узнавать волчицу — источник тепла, пищи и нежности. И когда она своим мягким, ласкающим языком касалась его щенячьей шёрстки, он успокаивался, прижимался к ней и спокойно засыпал.
Первые его дни после рождения почти полностью прошли в ожидании еды и потом в долгом сне; но теперь он уже лучше видел, спал меньше и раньше двух остальных волчат начал знакомиться с окружающим его миром, а он был невзрачным, хотя Сит не подозревал этого, так как пока не знал никакого другого…