Настрелявшись до боли в плече, Егор закончил тренировку и отправился завтракать. Тут его и застал жандармский ротмистр, в очередной раз доставивший парню добытые его службой документы для перевода. Дошло уже до анекдота. Егору начали привозить бумаги, написанные и на европейских языках. Благо французским, немецким и итальянским языками он владел в совершенстве. Этот факт поначалу насмешил парня, но после недолгого размышления он вдруг понял, что тут не так всё просто.
Понятно, что местные дворяне прекрасно говорили по-французски и по-английски, а вот немецким языком владели в основном врачи и инженеры. Этот язык тут почему-то считался научным, или техническим. Так что, как говорится, толмачу и карты в руки. Усадив ротмистра в кресло, Егор быстро пробежал взглядом полученный документ и, убедившись, что никаких хитростей в нём нет, принялся диктовать перевод.
— Слышали, Егор Матвеич, что тут намедни на генерал-губернатора нападение случилось? — поинтересовался ротмистр, убирая документы в папку.
— Как? Когда? — удивлённо охнул парень, ещё не успевший добраться до свежих газет.
— Прошлым вечером. Бомбист в карету адскую машинку бросил. Но бог милостив, повезло. Двух казаков из охраны поранило, да карету менять придётся. У самого генерал-губернатора только контузия, да стеклом из окон кареты посекло малость.
— Слава тебе, господи, — быстро перекрестился Егор, помня, что нынешний генерал-губернатор был к нему весьма лоялен, а вот чего ждать от нового, одному аллаху известно. Как говорится, новая метла по-новому метёт.
— И не говорите, — истово кивнул ротмистр, крестясь вслед за ним. — Вот уж не думал, что у нас такое случиться может.
— Боюсь, дальше только хуже будет, — мрачно вздохнул Егор, судорожно вспоминая некоторые факты известной ему истории. — Всякие вольнодумцы слишком много воли себе взяли, а суды наши всё норовят себя мягкими показать. Да ещё и адвокаты всякие дела чуть не на ходу разваливают.
— Так ведь законы у нас такие, — развёл ротмистр руками.
— Законы да. Но ведь и службам имперским не след только на параграфы оглядываться, — не удержавшись, хмыкнул парень.
— Это как? — не понял жандарм.
— А это просто. Взяли такого бомбиста на горячем, увезли куда подальше, всю подноготную выбили, да удавили его там же. Уж поверьте, десяток раз такое проделать, остальные разом уймутся. Жить все хотят.
— А как же закон? — качнул ротмистр головой.
— А мирных обывателей теми бомбами убивать, это по закону? Или может, против устройства государственного умышлять по закону? Уж поверьте, голубчик, все те бомбисты не сами по себе на такое идут. Ежели их как следует потрясти, уверяю, обязательно на другом конце иностранцы какие объявятся.