Естественно я выламываю нахрен дверной замок вместе ручкой. Врываюсь внутрь, параллельно прикидывая, что делать: самому её в больницу везти или в скорую позвонить. А в комнате обнаруживаю Кару, лежащую на полу без сознания, и тот самый гребанный аромат, которым заполнено всё помещение.
И тут же всё становится на свои места: запах Омеги…Приторный, будто бы искусственный, аромат Беты, которым вечно воняло от девушки… Её странное состояние сегодня — «типа» она заболела.
Но бред это всё.
Ведь Кара — Омега. И сейчас у неё идёт активная «фаза». Такая активная, что даже «арома-глушилки» перестали перебивать её природный запах. А из-за своей горячки девушка потеряла сознание.
И вот ведь зараза какая, а! Столько времени от всех правду скрывала!
Но здесь я её точно не могу оставить. Ладно я — у меня период «гона» прошёл еще две недели назад. А вот у двоих из команды «гон» только предстоит. И если мужики почуят это «омежье недоразумение», то «гон» у них может начаться гораздо раньше.
Да и не хочу я сейчас никому отдавать свою прелесть, которую так долго искал. Она мне и самому ой как сильно нужна…
Поэтому, подхватив Кару на руки, я переношу девушку в свою комнату, чтобы мой запах, которым пропитаны все вещи, смог перебить её аромат. Осторожно укладываю на кровать. Ботинки с неё стягиваю, сбрасывая их на пол, а сам рядом с девушкой опускаюсь. И, пока дожидаюсь, когда она очухается, а обычно во время «фазы» периоды беспамятства длятся недолго и проходят сами, думаю только о том, что Каре дико повезло, что у меня «гон» недавно закончился. А иначе…
Иначе у меня бы просто крышу сорвало.
Наклоняюсь к её милой мордашке, один взгляд на которую сейчас меня уже чуть на слезу не пробивает. Делаю хороший такой вдох, заполняя лёгкие сладковатым ароматом. И просто такой приступ эйфории ловлю, что чуть ментально не кончаю. Склоняюсь над спящей малышкой еще ниже. Её губы так и манят, как и мягкая и нежная кожа. И почему я только раньше не замечал, что это просто самый настоящий бархат? Но огромным усилием воли я заставляю себя выпрямиться и не трогать её, ведь я не маньяк какой-то — лапать её, пока она в отключке валяется. Благо ждать приходится недолго, и Кара глаза открывает буквально минут через десять.
А уже через пять минут я дверь на задвижку закрываю. Стягиваю с себя футболку, разворачиваясь к Каре.
-Эй, эй.., — и её огромные серо-голубые глазки, в которых будто целое небо разлилось, еще шире распахиваются, — Ройс, ты что делаешь?? Зачем раздеваешься??