Командующий не сдвинулся с места. Его взгляд вновь замер на огромной портальной арке, из которой одна за другой, словно капли густой жидкости из разбитой склянки, медленно вытекали крупногабаритные боевые механизмы. Паря по воздуху в полуметре от сырой земли, тяжёлые машины на антигравитационной тяге неспешно растекались в разные стороны, расходясь по заранее рассчитанным маршрутам. Их броня едва заметно подсвечивалась тусклым светом скрытого за облаками солнца, иногда отражая светящиеся всполохи портала.
Влажный ветер, пахнущий листвой и прелой землёй, принёс с собой слабые, почти неразличимые звуки леса. Где-то в глубине зарослей трещала редкая живность, не подозревая, что их мир вот-вот изменится навсегда.
Шака скрестил руки за спиной и, не моргая, продолжил наблюдать за работой своих подчинённых, в очередной раз мысленно проверяя каждый пункт плана. Первые несколько суток самые важные. Самые хрупкие. И самые опасные.
В какой-то момент военная техника, до того непрерывно выплывавшая из портальной арки, уступила место инженерному транспорту. Несколько гигантских кранов, тяжёлые машины странной формы, напоминающие бульдозеры и экскаваторы, а также огромная платформа, медленно парившая на освобождённую площадку.
Грузовая платформа в особенности привлекала внимание наблюдателей: её размеры были настолько велики, что, казалось, она едва протискивалась сквозь габариты портальной арки, грозя в любой момент застрять. Поверх этого исполинского транспортного средства находилась не менее впечатляющая установка, корпус которой был изготовлен из толстенных металлических листов, покрытых серой матовой краской.
Правда, нормально рассмотреть детали громадной махины у наблюдающих за движением техники ящеров не вышло. Стоило первой платформе полностью освободить проход и сместиться в сторону, как за ней из портала вышла ещё одна. А затем — ещё. Как оказалось, все три установки составляли части одного колоссального сооружения, которое рептилоиды между собой именовали просто: «маяк».
Военный лагерь, тем временем, рос буквально на глазах. Над поляной поднимались каркасы будущих казарм, появлялись первые блокпосты, сыпались на землю маскировочные сети для техники, которая быстро растекалась по специально размеченным маршрутам. Но центральной точкой всей этой суеты был участок, где инженеры, управляя массивными кранами, что уже отключили антигравы и ползали по земле, собирали воедино три части гигантской станции — то, ради чего иномирные гости на этой планете вообще всё это затеяли.