— Чёрт… — процедил принц сквозь зубы.
Очередная тень мелькнула над головой, заставляя его скрючиться и припасть на одно колено.
Охрана среагировала практически мгновенно. Телохранители обступили Глеба со всех сторон, и уже двух других попытавших удачу «летунов» короткими движениями срезали прямо в полёте, орошая всех участников боя пролившейся сверху кровью.
— Отступаем! — рыкнул один из охранников, с болью схватившись за пробитое арбалетным болтом плечо — атаки сверху не прекращались, и ввиду ограниченного обзора, противостоять им сейчас было крайне трудно.
Мятежники же, отлично понимая, что происходит, отнюдь не собирались упускать свою жертву в настолько невыгодном для неё положении. Перекрывая путь отступления, они рванули вперёд, с упорством вгрызаясь в защитный строй. Артефактные клинки полностью игнорировали щиты противника, проходя сквозь них без малейшего сопротивления. Многострадальная улица перед городской администрацией стала ареной ожесточённой битвы, где каждый удар потенциально был смертельным. Клинки с влажным хрустом вонзались в тела, вспышки силы рвали пространство, бойцы падали один за другим как подкошенные.
— Сверху! — выкрикнул другой охранник, хватаясь за пробитое бедро.
— С-суки! — зарычал третий, ловя клинок врага на перекрестье своего меча.
Земля вокруг уже была полностью залита кровью, а воздух насквозь пропитан гарью. Вдалеке слышались отголоски других сражений, но здесь, на этих узких улицах, вполне могла решаться судьба империи. Покушение на наследника престола несомненно являлось хорошо спланированной операцией.
Романов стиснул зубы, блокируя очередной удар, и, резко развернувшись, провёл лезвием по горлу врага, оставляя за собой его предсмертные хриплые стоны.
— Принца закрывай! — прозвучал отчаянный крик одного из телохранителей, развеявшего дымовую завесу над полем боя и успевшего оглядеть небо.
Командующий охраной бросил взгляд вверх, и в тот же миг заметил движение на карнизе здания. Трое диверсантов, один из которых заряжал очередной зачарованный болт в свой арбалет, и двое с винтовками, заняли точки на крыше и в окне возвышающегося над ними здания.
Мгновение, удар телекинеза — и четвёртый диверсант, уже сорвавшийся в атаку, рухнул вниз, его тело с огромным ускорением впечаталось в потрескавшийся асфальт. А вот тех, что на крыше, достать так же легко не удалось.
Внизу уже раздавались новые выстрелы. В темноте вспыхивали огни стихийных атак, в клубах дыма освещая лица бойцов, чьи глаза горели отчаянной решимостью. Это был жестокий бой на выживание, в котором мятежников уже осталось меньше половины от их изначального числа.