Повсюду царила полная тишина, в которой особенно чётко отзывались звуки наших шагов. Стражники в парадной форме стояли словно статуи, не выдавая ни капли эмоций. Наконец, мы достигли массивной двери с бронзовыми ручками, ведущей в кабинет Его Величества.
Дверь беззвучно распахнулась, пропуская меня в обширное помещение, где царил приглушённый свет.
— Здравия желаю, Ваше Императорское Величество! — встав напротив стола, за которым сидело несколько человек, в том числе сам монарх и цесаревич, громко и отчётливо произнёс я.
— Приветствую, Алексей Михайлович, — с лёгкой улыбкой ответил император, кивком указывая на свободное кресло. — Прошу, присаживайся.
Молча заняв указанное место, я поднял взгляд и поочередно оглядел остальных присутствовавших в кабинете гостей. Не считая принца, которого за время нашего боя на АЭС переместили во дворец и, судя по виду, окончательно привели в себя, рожи их, надо сказать, мне не понравились изначально.
Оставшиеся два гостя буравили меня своими взглядами, не стесняясь в открытую изучать черты лица и движения. Только вот во взгляде одного из них без труда читалась ненависть, подкреплённая окружившей мужчину тёмной дымкой, а вот второй товарищ, на удивление, относился ко мне совершенно нейтрально.
— Полагаю, с Геннадием Семёновичем вы уже знакомы, — низким голосом, спокойно, без капли иронии начал Романов, следом переводя взгляд на второго гостя. — А это Аристарх Генрихович, князь Светлицкий. Алексей Михайлович вам, господа, также хорошо известен.
— Какая интересная встреча… — отозвался я, будучи явно недовольным видеть презренную морду Пожарского, который, как выяснилось, всё-таки остался жив.
Причём «недовольным» — это было мягко сказано. Ненависть к этому ублюдку за всё то, что он сделал против моей семьи и меня самого, стала быстро наполнять мою грудь.
Да что за день-то такой⁈ Сначала не удалось разобраться с Наумовым, затем эта принцесса с её странным заигрыванием, а теперь вот это. Собственно, а когда вообще государю стало известно, что Пожарский остался жив?
Все присутствующие в кабинете однозначно почувствовали напряжённую атмосферу.
— Начать хотелось бы с небольшого объявления, — выдержав небольшую паузу, начал император. — Князь Светлицкий Аристарх Генрихович в текущей войне выступает на нашей стороне. Уже сейчас его воины усиливают наши стратегические объекты и военные базы. Это стоит иметь в виду и не удивляться наличию его людей со светлым даром на наших объектах.
Я медленно перевёл взгляд на князя. Тот сидел ровно, руки сложены перед ним, лицо оставалось непроницаемым. Только глаза чуть сузились, когда император заговорил о его людях.