— Пока, — кивнул я, на секунду подняв взгляд на новую знакомую, и следом же вновь сконцентрировался на экзамене.
Дописав свою работу и сдав билет, я спешно покинул аудиторию, умело маневрируя и увиливая от дальнейших знакомств и провокаций. Радовало одно: экзамены закончились, и дальше, если верить моим надеждам, должно было стать значительно проще.
— Кали, вытаскивай меня отсюда.
— Господин, тут мне докладывают, что за вторым поворотом на скамейке сидит и плачет одна из ваших новых знакомых. Я подумала, что это может быть вам интересно, — отозвалась демоница в голове.
— Смотря кто.
— Рыженькая. Воронцова.
— Опа, — сразу же вспомнил я про девушку, которая на сегодняшнем экзамене почему-то отсутствовала. — Тогда приказ отменяется.
Прошагав пару десятков метров и повернув направо, я, как и докладывали бесы, обнаружил сидевшую на скамье зарёванную рыжеволосую девушку. На секунду задумавшись, сделал шаг назад и приказал Кали переместить меня прямо к ней.
Уже в следующий миг я сидел сбоку от ничего не подозревающей Насти и наблюдал за её разбитым состоянием.
— Чего ревём?
— Ааааааааа! — взвизгнула явно испугавшаяся Воронцова и следом недовольно добавила: — Напугал!
— Не пугайся. Я хороший.
Настя на мои слова никак не отреагировала, лишь достала из сумочки ещё один платок и стала вытирать им своё лицо.
— Чего на экзамен-то не пришла? — вновь предпринял я попытку её разговорить.
— Опоздала… — всхлипывая, ответила девушка, после чего вновь принялась рыдать.
— И ты из-за этого так убиваешься? — искренне удивился я, приподняв бровь.
— Издеваешься?
— Нет.
— Сегодня последний день! Забыл?
Чёрт! А ведь действительно, сегодня МГУ заканчивал приём абитуриентов, и других дней у ВУЗа для поступления в этом году уже не будет.
Помнится, ещё не зная о том, что данные о моих экзаменах сливает этот обормот из приёмной комиссии, я специально отложил свой последний экзамен на самый конец, чтобы основная масса поступающих уже «отстрелялась» и мне выпала возможность писать работу, минуя излишнее внимание юных охотниц до моего сердца. Кто же знал, что всё выйдет совсем иначе?
— На этом твои проблемы всё? — уставился я на девушку.
— А по-твоему этого мало?
— По-моему, это точно не стоит твоих слёз. Тем более, когда всё можно легко решить.
— Мне не разрешат сдавать на ранг, — вздохнула малость подуспокоившаяся аристократка, и коротко улыбнувшись, добавила: — Но за поддержку — спасибо.
— Я и не имел в виду этот способ, — пожал я плечами, поднимаясь с места.
— А что тогда? — тут же поднялась вслед за мной Воронцова и, будто хватаясь за последнюю соломинку, придержала меня за руку, осторожно разворачивая к себе лицом.