Прошло ещё десяток минут, прежде чем двери наконец открылись и в зал вошёл император в сопровождении своего сына. Я и Инна Геннадьевна поднялись с мест и поприветствовали Романовых.
Монарх, внешне сосредоточенный и непреклонный, занял своё место во главе стола. Весь его серьёзный и скупой на эмоции внешний вид отражал человека, которому уже давно надоела эта бесконечная борьба за влияние и взаимные угрозы, исходящие из враждующих кланов. Его усталый взгляд чуть задержался на мне, а затем на княжне, и я прочёл в нём следы разочарования. Но я во все эти напускные эмоции отнюдь не верил — Владимир Анатольевич был тем ещё игроком…
Принц, сидевший рядом с отцом, сохранял абсолютно нейтральное выражение лица, его взгляд скользил по комнате, словно он мысленно находился где-то в стороне.
Император откинулся на спинку кресла, сложил руки на столе и низким спокойным голосом начал свою речь:
— Война между вашими родами вышла за всякие мыслимые и немыслимые границы. Я долгое время закрывал глаза на происходящее, полагая, что у одной из сторон всё-таки хватит мудрости положить конец этому безумию или обратиться ко мне, чтобы мы вместе решили проблему, пока не стало слишком поздно. Но тщетно, — на этих словах монарх выдержал паузу, и поочерёдно побуравив взглядом меня и Пожарскую, добавляя в голос нотки недовольства, продолжил: — Три дня, которые были вам даны на урегулирование конфликта, истекли. Сегодня я намерен положить конец этой войне, — последняя фраза звучала твёрдым, абсолютно безапелляционным тоном. — Итак, начнём с Инны Геннадьевны. Озвучьте ваши условия мира.
Пожарская тут же величаво кивнула, на её лице мелькнула тень подобострастия, но голос оставался холодным и уверенным.
— Благодарю Вас, Ваше Императорское Величество, за Ваши беспокойства и приношу извинения от имени нашего рода за доставленные неудобства, — начала она, не удержавшись от того, чтобы бросить в мою сторону короткий взгляд. — Что касается вашего вопроса, то мы с нашими юристами подготовили документ с перечнем условий, на которых наш род готов отступиться от своих притязаний на жизнь господина Черногвардейцева.
Следом княжна открыла лежавшую на столе перед ней папку с документами, неспешно достала оттуда верхний листок и принялась зачитывать.
— Первое, — начала она, стараясь не упустить мою реакцию, — господин Черногвардейцев обязан принести публичные извинения в адрес нашей семьи и моего отца. Его заявления в прессе были абсолютно недопустимы, — взгляд княжны на этих словах был буквально испепеляющим. Недолго меня побуравив, Пожарская вернулась к своему списку. — Далее. Алексей Михайлович обязуется вернуть имущество, которое он и его люди захватили во время недавних боевых действий с наших военных складов. Список похищенного прилагается. Кроме того, Алексей Михайлович обязуется взять на себя обязательство по финансированию восстановления уничтоженного дворца. Мы осознаём, что сумма затрат огромна и что у господина Черногвардейцева в настоящий момент нет таких средств, однако мы готовы обсуждать вариант рассрочки платежей.