Впрочем, к текущей минуте незнакомка заметно подуспокоилась и таки пошла на контакт. Не уж-то только из-за еды?
— Как его состояние?
— Будем надеяться, что скоро поправится. Я не лекарь, что я тебе могу ответить? — немного раздражённо добавила незнакомка на уже далеко не первый подобный вопрос мальчишки.
— Дай мне знать, когда он очнётся.
— Дай мне поесть. — в тон Степану бросила собеседница.
Задумавшись на секунду, парень открыл рюкзак и покопался внутри него, доставая оттуда хлеб, пару яиц и печенье. Всё это добро Стёпа естественно не таскал с собой каждый день. Напротив, все приёмы пищи в школе проходили исключительно в столовой. Просто про еду эта девица у него тоже спрашивала уже не в первый раз и мальчишке хватило мозгов сделать небольшой припас, за который можно будет выторговать хоть какую-то информацию.
— Ешь за столом только. Не надо там крошить. А вообще, учитывая твои возможности, могла бы и сама что-то в столовой своровать.
— У меня приказ тебя охранять. Нельзя отлучаться. — скептически оглядывая предложенную пищу, бросила она в ответ.
— Я Степан.
— Зови мня Люси. — выдержав долгую паузу, всё-таки назвала своё имя бесовка.
— Люся?
— ЛюсИ. — недовольно оглядев мальчишку, моментально поправила его собеседница, сделав ударение на последней букве.
Слегка приоткрыв глаза, я отметил, что нахожусь в комнате далеко не один. Яркий свет, белое помещение и явно не моя койка.
— Кали, я в больничной палате? — ментально спросил я очевидное.
— Ну… можно сказать и так господин.
— На территории школы?
— Да.
Поочерёдно пошевелив ногами, затем руками и следом прислушавшись к своему самочувствию, я пришёл к приятному выводу, что наконец-то как следует выспался.
— Алексей, приборы показывают, что ты проснулся.
— Здравствуйте, дядя Серёжа. — вздохнув ответил я, таки открывая глаза.
Помимо графа, в комнате находилось почти половина отряда дяди Вити, Пётр Иванович и ещё один незнакомый мне человек в белом халате.
— Ой, а вы чего это здесь все собрались? Что-то случилось? — попытавшись занять вертикальное положение, произнёс я невинным голосом.
— Тебе пока нельзя садиться. — придерживая меня за плечи, первым спохватился врач.
Не став сопротивляться рекомендациям дядьки в белом халате, я послушно лёг на спину и уставился в потолок, размышляя о том, как бы побыстрее отсюда смыться.
— Как ты себя чувствуешь? — произнёс мой недавний знакомец, Пётр Иванович.
Похоже, со мной всё было совсем нехорошо, раз пришлось прибегать к помощи лекаря. Память пока возвращалась обрывками и последнее, что я помню, это как вымещал свою ярость на ненавистных врагов, решивших устроить нам со Стёпой западню.