Несмотря на заёмную силу, мне показалось, что я пытаюсь перекинуть через себя тяжеленного сумоиста.
В пояснице что-то хрустнуло, тело прострелила хлёсткая боль, и бросок вышел… грязным.
Но главного я всё же добился — Женя оказался с другой стороны, и я, не обращая внимания на боль в надорванной пояснице, бросился в тёмный проход маяка.
Меня тут же окружила кромешная тьма, а перед глазами вспыхнули сияющие буквы:
Внимание! Межмирная трансляция запрещена.
Внимание! Приём даров запрещён.
Внимание! Доступна одна попытка.
Внимание! Испытание началось!
Но не успел я обрадоваться — у меня всё же получилось перехитрить Асклепия! — как темнота порозовела, а следом я увидел… остров.
На нём отчётливо угадывался утёс с маяком, фруктовый сад и бревенчатый дом, в котором я так и не побывал.
Несколько секунд ничего не происходило, а затем остров начал… увядать?
Точнее, не увядать, а отматываться назад?
На моих глазах маяк разбирался, словно конструктор лего — сначала исчезла крыша, потом сигнальные дрова, затем начали таять стены. Хватило трёх ударов сердца, чтобы на утёсе остался лишь голый камень.
Следом пришёл черёд фруктового сада.
Яблони, груши и другие плодоносные деревья начали стремительно уменьшаться в размерах. Вместе с этим начала разбираться сначала беседка, а за ней и многочисленные тропинки.
Взамен появились массивные хмурые деревья, а всё свободное пространство заполнил колючий кустарник.
Последним исчез дом.
Он таял по брёвнышку, и одновременно с этим росло количество деревьев.
В какой-то момент моему взору предстал запущенный остров, никак не похожий на тот райский сад, в котором я очутился. Но и этого, как оказалось, было мало.
Остров стал меньше, и я смог увидеть не только его, но и окружающий его водоём.
Евгений оказался прав — это была река.
Причём она огибала остров по часовой стрелке и замыкала круг.
Это было странно. Но ровно до того момента, когда мне показали истинную сущность этого Осколка.
Сначала в центре острова появился жемчужно-белый огонёк, который в моём восприятии сразу же стал ощущаться, как источник Жизни. Затем от него пробежала волна, и всю черноту, всю мрачность этого Осколка словно вымело… в реку.
— Да ладно… — прошептал я, вглядываясь в неё.
Если остров, после появления огонька, начал излучать сияние Света и Жизни, то река… река так и фонила Тьмой и Смертью.
— Я так и знал…
Ну не может быть один лишь свет без единого пятнышка тьмы, не может! Так и здесь. Сам остров был воплощением жизни, но его окружала скорлупа Смерти.
Визуально это была обычная тёмная река, но если посмотреть на остров энергетическим взглядом, становилось понятно, что Осколок представляет из себя своеобразный Инь и Ян.