В смысле, без языка⁈
— Да расслабься ты, — посоветовал мне незнакомец. — Нужно подождать несколько дней, пока не восстановишься. Я вас сейчас в купель отнесу, там быстрее процесс регенерации пойдёт. Не успеешь моргнуть, как новый язык вырастет! И глаза, и нос, и щёки… Ну ты понял.
Новые глаза, нос и щёки…
Признаться, я давно забыл, что такое потерять сознание. Шутка ли, столько пришлось перенести и пережить! Даже боль, и ту научился воспринимать, как нечто обыденное. Но тут…
Я на мгновение представил себя со стороны, то, во что превратился после боя с драконом, и мне стало плохо.
Учитывая, что я не чувствовал рук и ног, а также не видел ничего вокруг, мой внешний вид оставлял желать лучшего. Я догадывался, что ничего хорошего там нет, но после слов незнакомца мне окончательно поплохело.
А уж когда в памяти всплыл Вася с развороченной грудью, из которой сочился гной вперемешку с кровью, я представил, что выгляжу сейчас точно так же, как он, и… отрубился.
— Вик… Вик…
Смутно знакомый голос пробился сквозь вялотекущий сон, и я сначала не понял, что и кто от меня хочет.
— Вик, ты меня слышишь? Тебе нужно поесть и попить.
Я попытался абстрагироваться от голоса и вернуться в такой приятный и сладкий сон, но было поздно. Сон развеялся, стремительно исчезая из памяти, а я почувствовал, как просыпаюсь.
Открыв глаза, я увидел склонившегося надо мной Евгения, в руках которого был деревянный ковш.
— Женя? — пробурчал я, еле шевеля языком. — Ты уже очнулся?
— Несколько дней назад, — улыбнулся неофит, протягивая мне ковш. — Ты почему-то очень долго восстанавливался. Но сейчас, по крайней мере, не похож на освежёванного зомби.
В памяти тут же всплыли слова незнакомца про нос, глаза и язык, и я, вернув опустевший ковш назад, принялся ощупывать своё лицо.
— Да нормально сейчас всё, — заверил меня Женя. — Сможешь встать из купели?
Я посмотрел вниз и обнаружил, что всё это время лежал в выложенном камнями небольшом пруду.
Голова, судя по всему, находилась на специальной выемке, которая не давала соскользнуть в купель и захлебнуться.
Сам прудик располагался в просторной пещере, в которую каким-то образом проникали солнечные лучи.
— Это Разлом? — уточнил я, осторожно поднимаясь на ноги.
— Разлом, — подтвердил Женя. — Пошли, познакомлю тебя с Асклепием.
В памяти тут же всплыла беседа с Доном, и я согласно кивнул:
— Пошли.
Осторожно выбравшись из купели, я сделал несколько шагов, заново привыкая к своему телу.
Не знаю, как я выглядел, когда Дон закинул нас с Евгением в портал, но сейчас я чувствовал себя полностью обновлённым. Смущали лишь два момента — отсутствие одежды и белоснежно-белая кожа.