Но вот, Скайлер не стало. Точнее сказать, с женщиной всё было в порядке. С ней случалась та же самая история, что и с Иваном Савельевичем — Скайлер не выдержала психологического напряжения и просто заснула. Но конфликты между двергами и гичунками никуда не исчезли. И с каждым новым часом их количество лишь накапливалось. Так что же делать? Неужели Скайлер считала себя совершенно неуязвимой и не предусмотрела такого варианта событий?
Признаться, даже сын Скайлер, по имени Сарн, искренне полагал, что тщеславие и властолюбие его матушки уже давно пробили дно. Она предпочтёт равнодушно смотреть на то, как полыхает её маленькое королевство, но никому не уступит свой трон.
Хотя, конечно, есть дверг-жрец и магичка-гичункнак. В кризисных ситуациях они могут отдавать приказы от имени Скайлер, поддерживая порядок. Но в отличие от фейри Лири они не имеют никакого права распоряжаться имуществом участка или самовольно менять цены на товары и услуги. Иными словами — Скайлер им не доверяла. Да к тому же эти двое ненавидели друг друга настолько сильно, что готовы были вцепиться друг другу в глотки при первой же возможности.
В общем, Сарн ожидал увидеть на участке своей матери настоящее побоище между двергами и гичунаками. Или, в лучшем случае, героическую попытку его коллег-паладинов сохранить хотя бы какое-то подобие порядка. Однако, к удивлению мужчины на участке его матери всё было тихо и мирно.
Мало того, Сарн увидел совершенно фантастическую картину. Понурые дверги и гичункаи работали бок о бок. Кто-то убирал снежную слякоть с улиц, кто-то драил стены различных построек, а кто-то вытягивал за ноги дверга-трубочиста, который застрял в дымоходе кузни. При этом все работали молча. Словно над ними зависла плётка надсмотрщика. А на макушках некоторых двергов и гичунаков можно было даже разглядеть здоровенный синяки да шишки (словно, кто-то им вколачивал тягу к миролюбию и к трудолюбию силой тяжеленного кулака).
Разгадка такого странного и невероятного чуда нашлась весьма быстро. И дверги и гичунаки периодически косились на самый высокий зиккурат. А на вершине этого зиккурата, там, где Скайлер обычно восседала на троне, теперь стоял лич под два метра ростом, в чёрной природной броне и объятый зелёным пламенем. Его злобный взгляд следил за каждым работничком. А в руках этот лич держал крохотного дракончика. Кажется, он собирался бросить крохотную рептилию с невероятной высоты. Но прежде, чем это сотворить, лич спросил у дракончика:
— Что нужно сказать?
— Поехали! — звонким девичьим голоском пророкотал крохотный дракончик.