Сняв блоки, я отправил ментальный призыв.
Терять уже нечего.
Меня обнаружили.
До дна пещеры — несколько десятков метров. Высота девятиэтажного дома. А культисты высших уровней посвящения дружно отращивают крылья и поднимаются в воздух.
Что ж, сами напросились.
Я мог бы отправить застрявших ушлёпков под землю, но у меня нет гарантий, что они там не превратятся в кротов или гигантских червей. А моя задача — сделать так, чтобы никто не ушёл живым из святилища. Поэтому я начинаю по очереди делать бесплотными сердечные клапаны своих врагов. Кровоизлияние, быстрая смерть. Работа ювелирная, приходится усиливать зрение. Приближать, заглядывать внутрь и вносить изменения. Убиваю тех, кто ближе, под самым карнизом. А сам понемногу спускаюсь, чтобы сбить со следа летающих хищников.
Но это бесполезно.
Культисты не видят сквозь камуфляж, но они чуют мой запах.
Первую тварь я сбиваю выстрелом из нагана. Пуля разворачивает черепушку с зубастым клювом, и Неведомый обрушивается вниз, на камни. Второго монстра постигает та же участь, но остальные делают выводы и атакуют одновременно. С разных сторон. Причём двое фанатиков приземляются на тропу, скребут по ней когтями и начинают перестраиваться. Ещё двое пытаются достать меня своими клювами, не мешая друг другу, но я стреляю быстро…
А ещё мой фирменный стиль — точность.
Две пули — два трупа.
Птички падают на дно пещеры, разбрасывая кровь и перья, в агонии морфируя в гуманоидные, но не до конца человеческие фигуры.
Ага, вот и пауки полезли.
Сбрасываю ребят вниз, делая бесплотным край тропы. С треском и шипением оборотни срываются с карниза. Некоторые умники, долетев до свода пещеры, прилепились к нему, морфировали в жутковатого вида многоножек и побежали в мою сторону. Прямо по потолку, естественно. Петляя между сталактитами. Подстрелив ещё одну перепончатокрылую тварь, я сбросил многоножек вниз, придав потолку бесплотность на метр в глубину.
Убрал наган в кобуру.
Достал кусаригаму.
Фанатиков было много. Очень много. Пока они проводили свой Ритуал, я насчитал десятка три с гаком противников. Убить я успел немногих, остальные озверели и попёрли на меня. Причём озверели в буквальном смысле слова.
Камуфляж не помогал.
В зверином обличье убийцы меня чуяли, а некоторые, вероятно, реагировали и на тепло.
Раскручиваю цепь. Мне бы ночь простоять да день продержаться! А если серьёзно, то на зов уже выдвинулись мои гвардейцы, которых я перебросил в эту часть света на домоморфе. Сам я, как вы помните, спустился по главному колодцу. Там, наверху, есть сдвигающаяся плита. Каббалистическая, реагирующая на психотипы. Выглядит как часть скалы, даже рельеф повторяет. И я пошёл на сознательный риск, опередив свою группу зачистки. Хотел увидеть главного врага и не позволить адептам Ордена разбежаться. А для этого было необходимо принять удар на себя. Выиграть для отряда время.