С пару минут рассаживались, Володя с Нагой привыкали к новым «лошадкам», приноравливались, как держаться. Опять же временные связи, благословение Лексы…
— Так-то вроде небо чистое, никто не летает, — Володя задрал голову. — Быстро долетим!
— Типун тебе на язык! — Нага метнула в его сторону гневный взгляд.
— Да за что? — удивился Володя. — В небе ни души, даже облаков нет!
И это, несмотря на все достоинства брони, тоже было проблемой. Воздух в этой каменистой полупустыне был как в сауне, сухой и горячий, да ещё броня чёрная. Скоро начну искать, что у меня в крипторе есть белого текстильного, чтобы обмотаться, как бедуин. Жара неимоверная, красноватое солнце, красноватый песок, красноватые камни, и даже небо с красноватым оттенком. Интересно, облака у них тут какого цвета?
— Если увидишь облако, то это не к дождю, — покачала Нага головой. — Это к пылевой буре.
— Так, отставить! — прикрикнул я. — Не надо нам ни пылевых бурь, ни летунов. Хватит трепаться, взлетаем!
Мальфир, уловив мой мысленный посыл, подпрыгнул и, взмахнув гигантскими крыльями, взмыл в воздух. За ним, так же прыжком, взлетела Лава. А вот непривычным к седокам мелким вивернам потребовался небольшой разбег.
И стоило нам взлететь, как твари накинулись на свежий обезглавленный труп своей товарки.
А мы легли на курс. Ариэль ещё дома, при поддержке Рады, нарисовала довольно грубую карту их мира. Два материка, разделённых в районе экватора перешейком. Предполагая, что мы где-то на юго-восточном материке, я направил полёт на северо-запад, в сторону этого перешейка. То есть мы полетели так, что солнце было на два часа от нас. Впереди мы с Мальфиром, а сзади, как утята за уткой, остальные.
Внизу, до самого горизонта, простиралась красная каменистая пустошь, изъеденная оврагами и каньонами, покрытая тут и там барханами песка, и этим же песком ободранная, как грубой наждачкой.
И разломы. Жёлтые, синие, красные, чёрные, оранжевые и радужные. Всякие, всех цветов. Большие и поменьше. И даже местами колоссы. Светились, как огни на новогодней ёлке. Я даже не стал прикидывать, какая тут у них плотность. Зашкаливающая. Нашему Коломенскому эпицентру такая и не снилась, по крайней мере на том удалении от границы, куда я заходил за алмазным грифоном.
Чем, интересно, эта планета провинилась, что у них тут такой аншлаг? Оказалась в неудачном месте в неудачное время? Например, поблизости от какой-нибудь стычки богов, превративших пространство в калейдоскоп?
Кто знает…
На кольнувшую чуйку я поначалу даже не обратил внимания, она последнее время постоянно колола. А ещё пищала, выла и стонала. Но потом я и глазами заметил шевеление на земле, и шкурой почувствовал взгляды.