— Вот, профессор, — минут через пять Маша показала, что у неё получилось.
— Ну… приемлемо, — улыбнулся тот. — Можно ехать, Ваша Светлость.
И мы поехали. Выехав в поле, Хулиганка переобулась на ходу, вызвав удивлённые вздохи. Отрастила себе колёса размером как у трактора, широченные, с мощным протектором, и попёрла снежную целину вспарывать. Конечно, не трасса, но тянула она очень хорошо.
Полина крутилась во все стороны, периодически просила остановить, чтобы потрогать землю. Фотографировала каждую ёлку, с привязкой к координатам. Ну или может не ёлку, может быть сосну — я не слишком всматривался. Делала пометки какие-то.
— Ты хоть что ищешь-то? — спросил я.
— Я не ищу, я уже нашла, — непонятно ответила Полина. — Пытаюсь понять, какие здесь грунты. Я теперь их чувствую, представляете! Без всякой геологической разведки!
— Представляю! Ладно, разбирайся.
Мне, в общем-то, оставалось только рулить. Учитывая, что Хулиганка и сама с этим способна справиться, я вскоре задремал, стараясь догнать хронический недосып последних недель. Проснулся, когда мы уже объехали эпицентр кругом и подъехали к Оке.
— Лёд ещё тонкий, опасно выезжать, — заметил Ляпунов.
— Да пофиг, — отмахнулся я.
Провалились мы уже ближе к середине реки. Вода захлестнула лобовое стекло, девчонки завизжали, профессор негромко выматерился на тему он же говорил.
Было бы из-за чего паниковать.
Хулиганка как гребла по снегу, так и продолжила грести, теперь по воде, проламывая лёд передними колёсами. А метров через десять благополучно выбралась на лёд по другую сторону полыньи, отряхнулась и пошуршала себе дальше.
— Как датчики? — спросил я ошарашенного профессора.
— Да что ему будет, он же герметичный, — отмахнулся тот. — Но эта машина… У меня сразу возникли подозрения, что она не так проста, как выглядит.
— Вам никто не поверит, а я буду всё отрицать! — хохотнул я.
Вторая переправа обошлась без приключений, и мне всё же удалось доспать свой сон по дороге.
А уже во дворе усадьбы, когда я припарковался опять в той же точке, Маша расстроилась.
— Ну вот, расхождение по треку почти километр! — она только что не расплакалась.
— Это отличный результат, — возразил профессор. — Во-первых, это всё ещё погрешность менее 1%. А во-вторых, в реке нас снесло основательно. Вода продолжала течь под днищем, датчики работали.
— Ну да, — всхлипнула Маша.
— Вот, если эти данные вырезать… то погрешность всего метров двести получится! Всё же снег — не самый надёжный грунт.
— Значит, мы готовы? — я оглянулся на заднее сидение.
— Готовы, — подтвердил Ляпунов.