Не глядя на Николлс, я огибаю столики и стулья и направляюсь прямиком за ним. Все заняты своими делами, и никто не замечает, как я захожу в мужской туалет. Дверь за мной с глухим стуком закрывается, и я подхожу к писсуару рядом с Фоксворти. Боже мой, мужские туалеты действительно отвратительны.
При моём приближении он что-то буркает, без сомнения, ожидая увидеть другого мужчину. Бледно-жёлтая струя мочи бьёт точно в цель по покрытой пятнами керамике, но когда я тихо бормочу приветствие, он вздрагивает от неожиданности и посылает дугу в мою сторону. Я едва успеваю отскочить назад, чтобы избежать брызг.
— Чёрт возьми! — восклицаю я. — Осторожнее!
Он шипит, но в его глазах, помимо раздражения, мелькает что-то похожее на облегчение. Ах, Фокси. Он возвращается к своим нуждам, заканчивает и застёгивает молнию на брюках. Затем поворачивается ко мне.
— Сначала вымой руки, — советую я.
— Тебе не следует здесь находиться, Бо.
Я скрещиваю руки на груди.
— Я серьёзно. Микробы могут быть опасны.
— Не думаю, что это мне тут грозит опасность, — тем не менее, он поворачивается и идёт к раковине. — Это место не для тебя, — говорит он мне, повышая голос из-за журчания воды. — Знаешь, правительство предлагает убежища всем оставшимся в живых кровохлёбам.
Я фыркаю.
— Да, они такие душевные.
— Тебе следует воспользоваться этим.
Я думаю о Винсе Хейле, скользком политикане, который сотрудничал с Медичи, пытаясь получить преимущество над нами, и сотрудничал с Тов В’ра, чтобы убить нас всех. Я бы не стала доверять никому из власть имущих.
— Кто-нибудь из вампиров воспользовался их предложением?
Фоксворти вытирает руки и не отвечает. Да, я так и думала.
— У тебя есть численность? — спрашиваю я его. — Выживших?
— Не похоже, чтобы вы ломились к нам в дверь, чтобы сообщить, что с вами всё в порядке, — я жду. Он вздыхает. — По самым скромным подсчетам, около шестидесяти вампиров, примерно поровну из пяти Семей. Большинство из них уже покинули страну. Некоторые были убиты после взрыва бомб.
Я сглатываю. Значит, слухи правдивы. Никто бы не осмелился убить вампира, если бы Семьи были ещё живы.
Фоксворти поворачивается ко мне лицом, пока я пытаюсь сдержать свой гнев. Сейчас не время и не место.
— Кто это был на самом деле? — спрашивает он.
Нет смысла прикидываться дурочкой и делать вид, что я не понимаю, о чём он спрашивает. Мне нравится, что он понимает, что за этим стоит нечто большее, чем Тов В’ра, группа чокнутых мнимых фанатиков. И больше нет смысла прятаться от правды.
— Деймоны Какос.
Единственный признак того, что Фоксворти меня слышит — это его внезапная бледность. Я продолжаю: