Но оцените, каков прикол, если получится, конечно: китайцам мало грузовой станции на границе с ними, с которой мы, собственно, и начали. Они хотят как минимум ещё одну уже у себя! И готовы на любые условия её функционирования, вплоть до нешуточного подразделения нашей армии на охране. Подумать только: наша дивизия — на китайской территории, терминал Телепорта охраняет! Я впечатлился.
Если загонят этот терминал куда-то в логичное место — Гуанчжоу там или Шанхай, представляю, какие драки пойдут за возможность там служить: начальство далеко, зато тёплое море — рукой подать! Я и сам бы не отказался, наверное, понастраивать там чего-нибудь, месяцок-другой. Особенно, если не как сейчас — «руки в масле,… опа в мыле, мы работаем на ЗИЛе!», а лениво, без спешки, да с Рыжей под боком.
Тем более обидно, что нас с участием в обсуждении прокатили. Вот возьму, и «не смогу» пробить маршрут оттуда! Из вредности!
Шучу. Не настолько я урод. Хоть иногда об этом и жалею.
Проснулся я не сказать, чтоб безмятежно: в дверь явно долбили ногой. Первым порывом было «прыгнуть», и, желательно, подальше, но я подавил такое желание почти мгновенно: стучали явно непрофессионалы. Те бы вынесли хлипкую гостиничную дверцу — я б и «мяу» сказать не успел, а эти, вишь, вежливые — стучатся. И даже матов особенных как-то не слышно. Интилихенция, знач. Научная, учитывая локацию. То есть, я уже почти догадался, кто там, за дверью, уже все ноги-руки отбил…
Как был, в трусах, лениво потащился в прихожую, зевая на вывих челюсти. По дороге вполне успел сам себе разложить, что если всё плюс-минус по плану, то абы кому стучать мне в дверь не позволит охрана. А если охрану уже кто-то на ноль помножил, то и мне, скорее всего, личность посетителя глубоко безразлична. Потому, дверь открыл без «балета безопасности», даже не стал пугливо спрашивать в замочную скважину «хто⁈».
За дверью, как я и вычислил, стоял Либанов. Этому наглецу уже, похоже, надоело: он повернулся «к лесу задом» и стучал каблуком полусогнутой ноги. Предсказуемо, он даже и не заметил, как я распахнул дверь, потому очередной пинок пришёлся в пустоту. Поначалу. А вот потом провалившийся в никуда ботинок весьма чувствительно заехал мне по голой ноге, и я, моментом рассвирепев, со всей дури дерганул визитёра за шиворот, безжалостно роняя его на пол. Вот честно: громкий «бумм», прозвучавший от соприкосновения высоколобой учёной башки с гостиничным линолеумом, вызывал у меня чувство глубокого удовлетворения.
— Ты чего? — обиженно спросил Либанов, усаживаясь на полу и потирая затылок. — Вообще уже озверел, на людей бросаешься!